Я просто ребёнок -
такой же, каким был в детстве.
Мне только немного
поменьше стало всего хотеться.
К примеру сластей -
на них всё сразу не стану тратить.
И впредь не хочется скоростей
(вдавиться в сиденье, трястись и бояться) -
я налетался - хватит.
И эта собака (мёртвая, через дорогу) -
раньше я всю бы её рассмотрел с головы до пят
и пошел бы, позвал ребят,
ткнул палкой её, а после - вопящего Павлика-недотрогу.
Взгляд отвожу. Существование жалкое, суета,
черт с ним, благосостоянием,
когда в сердце эта бродяче-собачая драная
нищета.
Очень понравилось.Только, я бы, пожалуй закончила четвертым. Последние два вынимают нерв окончательно. А надо ли его совсем вынимать?
ну я с весны ничего не графоманил, поэтому язык онемел, не чувствую, когда замолчать) а что значит вынимают нерв?
Понимаете, первые четыре написаны живым человеком, страдающим, но очень живым (ребёнком, ага). Смотрите, в первом ЛГ осознает себя, как ребёнка, пусть и постаревшего. Во-втором - явное живое раздражение, в третьем - живое, явно доставляющее удовольствие воспоминание (особенно про Павлика), в четвертом эмоциональное восклицние, сильные, яркие, образные слова. А два последних уже даже почти и не живым человеком, как будто писаны, в них нет ни эмоции, ни чувста, даже в "про куличики" это просто повтор и констатация, поэтому им не веришь, а когда не веришь, то весь стих воспринимается уже, как формальное нытье (а в формальном нытье нерва нет).
д да, наверное так и есть. режу)
Кстати, думаю, что именно поэтому, Игорь, предложил, отчасти вернуть нерв, заменив "умри" на "живи".
Вернуть нерв? Ну может быть. Я просто исходил из культурной христианской составляющей - жить это подвиг. Умереть -... не подвиг
"...когда в сердце эта бродяче-собачая драная нищета" - значит, автор не нищий духом.
Зацепило.
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Сначала мать, отец потом
Вернулись в пятьдесят девятый
И заново вселились в дом,
В котором жили мы когда-то.
Все встало на свои места.
Как папиросный дым в трельяже,
Растаяли неправота,
Разлад, и правота, и даже
Такая молодость моя -
Мы будущего вновь не знаем.
Отныне, мертвая семья,
Твой быт и впрямь неприкасаем.
Они совпали наконец
С моею детскою любовью,
Сначала мать, потом отец,
Они подходят к изголовью
Проститься на ночь и спешат
Из детской в смежную, откуда
Шум голосов, застольный чад,
Звон рюмок, и, конечно, Мюда
О чем-то спорит горячо.
И я еще не вышел ростом,
Чтобы под Мюдин гроб плечо
Подставить наспех в девяностом.
Лги, память, безмятежно лги:
Нет очевидцев, я - последний.
Убавь звучание пурги,
Чтоб вольнодумец малолетний
Мог (любознательный юнец!)
С восторгом слышать через стену,
Как хвалит мыслящий отец
Многопартийную систему.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.