Я просто ребёнок -
такой же, каким был в детстве.
Мне только немного
поменьше стало всего хотеться.
К примеру сластей -
на них всё сразу не стану тратить.
И впредь не хочется скоростей
(вдавиться в сиденье, трястись и бояться) -
я налетался - хватит.
И эта собака (мёртвая, через дорогу) -
раньше я всю бы её рассмотрел с головы до пят
и пошел бы, позвал ребят,
ткнул палкой её, а после - вопящего Павлика-недотрогу.
Взгляд отвожу. Существование жалкое, суета,
черт с ним, благосостоянием,
когда в сердце эта бродяче-собачая драная
нищета.
Очень понравилось.Только, я бы, пожалуй закончила четвертым. Последние два вынимают нерв окончательно. А надо ли его совсем вынимать?
ну я с весны ничего не графоманил, поэтому язык онемел, не чувствую, когда замолчать) а что значит вынимают нерв?
Понимаете, первые четыре написаны живым человеком, страдающим, но очень живым (ребёнком, ага). Смотрите, в первом ЛГ осознает себя, как ребёнка, пусть и постаревшего. Во-втором - явное живое раздражение, в третьем - живое, явно доставляющее удовольствие воспоминание (особенно про Павлика), в четвертом эмоциональное восклицние, сильные, яркие, образные слова. А два последних уже даже почти и не живым человеком, как будто писаны, в них нет ни эмоции, ни чувста, даже в "про куличики" это просто повтор и констатация, поэтому им не веришь, а когда не веришь, то весь стих воспринимается уже, как формальное нытье (а в формальном нытье нерва нет).
д да, наверное так и есть. режу)
Кстати, думаю, что именно поэтому, Игорь, предложил, отчасти вернуть нерв, заменив "умри" на "живи".
Вернуть нерв? Ну может быть. Я просто исходил из культурной христианской составляющей - жить это подвиг. Умереть -... не подвиг
"...когда в сердце эта бродяче-собачая драная нищета" - значит, автор не нищий духом.
Зацепило.
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
И кто зачем рождëн, и кто к чему готов, известно мудрецам, объявлено пророкам. А город ждëт своих неправильных шутов. Приказывает жить — поскрипывать порогом, подсвечивать места, где прячется весна, прикармливать слова на берегу абзаца. На небе столько звëзд — вселенная тесна, поэтому мирам легко соприкасаться. Приходят корабли, деревья говорят, фонарщики поют, мерцая головами: мы птичьи голоса, мы солнечный отряд. Мы, кажется, должны приглядывать за вами.
И кто кому судья, и кто кого простит, и кто оставил здесь закатные ожоги, понятно тем богам, что держат нас в горсти, что дуют в наши лбы и остужают щëки. Кентаврам снится лес потерянных подков. Седому королю — заросший астероид.
А город ждëт своих беспечных дураков. Гештальты не закрыл. И двери не закроет. Зевающий швейцар листает облака. Эдемский старый дом качается на сваях. Вся ангельская рать спешит издалека — болтать о чепухе в спасительных трамваях. Судьба любого зла — лишь пепел да зола, горчащая печаль, похмельная икота. Твой крепкий бастион, упрямый, как скала, рассыплется, когда тебя окликнет кто-то. Возможно, гитарист, торговец, альбинос, возможно, господин, страдающий от зноя. Он скажет:
ты чего? Давай не вешай нос.
Вот крылья. Небо вот.
Не бойся — запасное.
16.02.2024
https://vk.com/carvedsvirel
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.