Электрички из города к лучшему миру бежали,
станционные лужи побег их во сне отражали.
В томном пении рельсов пенилась хрипотца.
И ржавели деревья над мокрыми гаражами.
И везли электрички ржавеющие сердца
мимо скверов и скверных дорог, дорогих дискотек,
скоротечных салютов. И люто брели в темноте
из вагона в вагон безбилетники, может быть, или
те, кто много украл… и просили о мелочи те,
чью холодную жизнь, как монету на дне позабыли.
Ветер жил в головах и карманах, как летом в траве жил.
Забирался в газеты, под шарфы, но (в общем) был вежлив.
Пассажиры шептали. Однако, хотелось реветь,
что селедки, как новости, в городе были не свежи,
и что осень на цвет горьковата, как сердце и медь.
И везли пассажиры бутылки, еду, папиросы,
и везли непрямые догадки и злые вопросы.
И от жалости морщился сонный, седой небосвод,
посылая ответы. Их было услышать непросто.
Только вот разгадала старушка давнишний кроссворд.
Не жалею, не зову, не плачу,
Все пройдет, как с белых яблонь дым.
Увяданья золотом охваченный,
Я не буду больше молодым.
Ты теперь не так уж будешь биться,
Сердце, тронутое холодком,
И страна березового ситца
Не заманит шляться босиком.
Дух бродяжий! ты все реже, реже
Расшевеливаешь пламень уст
О моя утраченная свежесть,
Буйство глаз и половодье чувств.
Я теперь скупее стал в желаньях,
Жизнь моя? иль ты приснилась мне?
Словно я весенней гулкой ранью
Проскакал на розовом коне.
Все мы, все мы в этом мире тленны,
Тихо льется с кленов листьев медь...
Будь же ты вовек благословенно,
Что пришло процвесть и умереть.
1921
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
