Электрички из города к лучшему миру бежали,
станционные лужи побег их во сне отражали.
В томном пении рельсов пенилась хрипотца.
И ржавели деревья над мокрыми гаражами.
И везли электрички ржавеющие сердца
мимо скверов и скверных дорог, дорогих дискотек,
скоротечных салютов. И люто брели в темноте
из вагона в вагон безбилетники, может быть, или
те, кто много украл… и просили о мелочи те,
чью холодную жизнь, как монету на дне позабыли.
Ветер жил в головах и карманах, как летом в траве жил.
Забирался в газеты, под шарфы, но (в общем) был вежлив.
Пассажиры шептали. Однако, хотелось реветь,
что селедки, как новости, в городе были не свежи,
и что осень на цвет горьковата, как сердце и медь.
И везли пассажиры бутылки, еду, папиросы,
и везли непрямые догадки и злые вопросы.
И от жалости морщился сонный, седой небосвод,
посылая ответы. Их было услышать непросто.
Только вот разгадала старушка давнишний кроссворд.
Будь хоть самым впередсмотрящим,
будь хоть пядей семи во лбу,
одиночество – черный ящик
ты несешь на своем горбу,
патриотом иль демократом, –
все равно тебе нечем крыть,
поднимаешь его домкратом
и не можешь никак открыть
включишь телек, а там – Доренко,
снова выключишь – тишина,
раздражает тебя за стенкой
чья-то теща или жена;
открываешь газету "Завтра",
разворачиваешь "МК",
нет былого в тебе азарта,
нет явления игрока;
и, снотворному непокорный,
вспомнишь мать, призовешь отца.
Одиночество – ящик черный,
не разгаданный до конца;
думал – с жару, лелеял – с пылу,
все, казалось, чурался зла.
Жизнь как будто не проходила,
а оказывается – прошла.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
