Ширится город,
глотает улицы,
Растёт фонарями на гладких обочинах.
Хлопают окна,
на солнце жмурятся.
Смывает рассвет дождевые пощёчины
С них, с тротуаров,
с меня промокшего,
В кашне, прикрывающем трепетность жилочки.
Ой, хорошо!
До чего же мощное -
Осеннее утро в блестящей косыночке!
Я возвращаюсь
к седому недругу.
С ним выпиты были все ночи бездонные,
С этой вражиной
делились фетрами
И в кальку стирали круги патефонные.
С ним потрясали
словами жёсткими,
Понятием, мерой не нами просчитанной,
Верой в свободу
за перекрёстками,
Крамольною книгой, за вечер прочитанной.
К этому злыдню,
такому нужному,
Скучавшему, может ещё кучерявее,
В гости иду,
чтоб сложить оружие,
По двадцать приняв валерианы за здравие.
Как дрожала губ малина,
Как поила чаем сына,
Говорила наугад,
Ни к чему и невпопад.
Как нечаянно запнулась,
Изолгалась, улыбнулась —
Так, что вспыхнули черты
Неуклюжей красоты.
Есть за куколем дворцовым
И за кипенем садовым
Заресничная страна, —
Там ты будешь мне жена.
Выбрав валенки сухие
И тулупы золотые,
Взявшись за руки, вдвоем
Той же улицей пойдем,
Без оглядки, без помехи
На сияющие вехи —
От зари и до зари
Налитые фонари.
1925
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.