ВСЕ БОИТСЯ ВРЕМЕНИ, А ВРЕМЯ ПИРАМИД (арабская пословица.)
Ты произнёс, со слепотой утраты
«Учти, мне не нужны объедки циферблата...»
Вот гордости моей слуга подносит латы.
А меч упрёков злым клинком навис, Дамоклов.
Так я стою в твоей обиде по колено.
И Времени река притихла виновато,
Плескаясь отчужденно и нетленно.
И Хронос очертил стеной границы плена.
Кукушка времени кукует нам катрены.
Моя свобода расплескалась в краткий миг.
И я рабынею в цепях у Леты на галерах,
Весло взметаю стрелкою у берегов Любви,
Что в разных полюсах и часовых химерах.
И в разных поясах, мой грустный визави.
Устройство циферблатов нашей жизни
Не совпадает. В чертежах и схемах.
И Время разное сердец диктует бег.
И колесница ссор берёт опять разбег.
Да ходики тик-так, всё тикают, как бомба.
Заводятся опять от нашего апломба.
И шоры слепоты с очей спадают вдруг
Проколет сердце расставания испуг.
Опять не совпадаем мы и нежности метанья.
Как Тель-Авив и Вятка, как Дели и Москва.
И атомных часов застыли ожиданья
А пирамид надежд качнулась голова.
Как–будто Сфинкс увидел, что скрыло предсказанье.
Футляр часов песчаных перевернуло Время.
Отсчёт пошел песчинок стремлений и свиданий.
Шуршание крадётся путями обвинений.
Прессует время нас. В комочки ожиданий.
Поверь же наконец. Сотри все катастрофы.
В упряжке тесно нам, а иноходцы дней
Теряют счастья нашего тяжелые подковы.
Гарцует черный всадник всевластности твоей.
Но время победить мы страстно жаждем снова.
Я лишь колёсико в часах твоей любви, мой чародей ...
Не верили, считали - бредни,
Но узнавали от двоих,
Троих, от всех. Равнялись в строку
Остановившегося срока
Дома чиновниц и купчих,
Дворы, деревья, и на них
Грачи, в чаду от солнцепека
Разгоряченно на грачих
Кричавшие, чтоб дуры впредь не
Совались в грех, да будь он лих.
Лишь бы на лицах влажный сдвиг,
Как в складках порванного бредня.
Был день, безвредный день, безвредней
Десятка прежних дней твоих.
Толпились, выстроясь в передней,
Как выстрел выстроил бы их.
Как, сплющив, выплеснул из стока б
Лещей и щуку минный вспых
Шутих, заложенных в осоку,
Как вздох пластов нехолостых.
Ты спал, постлав постель на сплетне,
Спал и, оттрепетав, был тих,-
Красивый, двадцатидвухлетний.
Как предсказал твой тетраптих.
Ты спал, прижав к подушке щеку,
Спал,- со всех ног, со всех лодыг
Врезаясь вновь и вновь с наскоку
В разряд преданий молодых.
Ты в них врезался тем заметней,
Что их одним прыжком достиг.
Твой выстрел был подобен Этне
В предгорьи трусов и трусих.
1930
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
