смешно, не вопрос. Только не поняла, чего именно пол-литра могло съесть село?)
Песня :) ну пол-литра у нас завсегда пол-литра..Это уже не мера объема,а имя нарицательное. :) Если смущает приставка "по",то это в смысле,что каждый уже свою "пол-литру" выкушал. :) Спасибо!
ну, вот "выкушал" - совсем другое дело) я, например, была уверена, что пол-литру можно выпить, но не съесть)) тем более -всем селом) малавата будит (с))
Все-таки "Напившись,бегать с топором" по селу и по деревне - это не одно и то же, хотя, наверное, действительно, занятно:))
А по поводу водки - так именно и говорят,и не только на деревне: мы ее не пьем, мы ее, родимую, кушаем:)))
А я молочко предпочитаю, лучше парное:))) Деревня "Простоквашино" мне как-то роднее), хотя и разделяю Вашу любовь к коровьим запахам:)))))
Меня как раз не смутило, что сьело - водку пьют, едят, жрут и т.п. Меня удивил объем - всего 0,5 на все село. Это на троих маловато, а уж на село, которое сьело воз семечек... :)
А вообще, село, увы, вымирает (как до сих пор еще живо?). А с ним и Россия матушка. Ибо большие города нихрена традиций не хранят - в них обычно каждый сам по себе и сам за себя.
Читайте внимательней:село уж ПО пол-литра съело:)..но и этого маловато будет:) Ваша правда..А село деградировало.Даже не знаю,что дальше будет.
:)
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Шел я по улице незнакомой
И вдруг услышал вороний грай,
И звоны лютни, и дальние громы,
Передо мною летел трамвай.
Как я вскочил на его подножку,
Было загадкою для меня,
В воздухе огненную дорожку
Он оставлял и при свете дня.
Мчался он бурей темной, крылатой,
Он заблудился в бездне времен…
Остановите, вагоновожатый,
Остановите сейчас вагон.
Поздно. Уж мы обогнули стену,
Мы проскочили сквозь рощу пальм,
Через Неву, через Нил и Сену
Мы прогремели по трем мостам.
И, промелькнув у оконной рамы,
Бросил нам вслед пытливый взгляд
Нищий старик, — конечно тот самый,
Что умер в Бейруте год назад.
Где я? Так томно и так тревожно
Сердце мое стучит в ответ:
Видишь вокзал, на котором можно
В Индию Духа купить билет?
Вывеска… кровью налитые буквы
Гласят — зеленная, — знаю, тут
Вместо капусты и вместо брюквы
Мертвые головы продают.
В красной рубашке, с лицом, как вымя,
Голову срезал палач и мне,
Она лежала вместе с другими
Здесь, в ящике скользком, на самом дне.
А в переулке забор дощатый,
Дом в три окна и серый газон…
Остановите, вагоновожатый,
Остановите сейчас вагон!
Машенька, ты здесь жила и пела,
Мне, жениху, ковер ткала,
Где же теперь твой голос и тело,
Может ли быть, что ты умерла!
Как ты стонала в своей светлице,
Я же с напудренною косой
Шел представляться Императрице
И не увиделся вновь с тобой.
Понял теперь я: наша свобода
Только оттуда бьющий свет,
Люди и тени стоят у входа
В зоологический сад планет.
И сразу ветер знакомый и сладкий,
И за мостом летит на меня
Всадника длань в железной перчатке
И два копыта его коня.
Верной твердынею православья
Врезан Исакий в вышине,
Там отслужу молебен о здравьи
Машеньки и панихиду по мне.
И всё ж навеки сердце угрюмо,
И трудно дышать, и больно жить…
Машенька, я никогда не думал,
Что можно так любить и грустить.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.