Друг мой, тоске по дому сейчас не время,
Ей как всегда оставим остаток жизни.
Если ты в племени, будь заодно со всеми
Где-нибудь между Мальдивами и Белизом.
Там, прижимая сердце своё к тотему,
вождь призывает смутное в небе сизом.
Вот уже с нами пернатый товарищ Ремез,
Вот подоспел красно-бурый товарищ Гризли.
Белый колдун подливает хмельное зелье,
Ясные мысли будит напиток мутный.
Наша судьба – это новая одиссея
Ждите вестей от Рейкьявика до Калькутты.
Не знаю почему, но после прочтения этого стиха очень хочется просто жить, и всё.)
И это правильно! Жить и действовать!Ну, хотя бы в рамках обозримых квадратных метров)
*Профессиональная команда вышеуказанных товарищей устраивает на дому костюмированные сеансы по закреплению желания жить. Полярные широты оплачиваются по двойному тарифу. На экваторе - новогодние скидки! Заявки отправляйте на почту автору.
mysha. Ждите вестей
http://www.reshetoria.ru/user/mysha/index.php?id=24960&page=1&ord=0
Замечательное стихотворение, чья география охватывает пространство «от Рейкьявика до Калькутты», и простирается «Где-нибудь между Мальдивами и Белизом». В стихотворении, кроме указанных выше географических точек участвуют также «пернатый товарищ Ремез» и «красно-бурый товарищ Гризли», какой-то шаман, который подкидывает что-то в кипящее на огне зелье. В своем профайле Автор пишет, что он разведчик. И из этого стихотворения я четко уяснила, что таки да. Стихотворение- шифровка другу, грустящему по дому, которому четко дается направление – «Если ты в племени, будь заодно со всеми». А дальше сплошные «адреса, явки, пароли». Я, конечно, не такой разведчик, как mysha, но имею смутные догадки...
Коктейль? Что-то из Джеймса Бонда. Что-то с водкой и мартини. И за кадром голос неподражаемой Тины Тернер «голденай, ай фаунд хиз викнесс...»
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Меня преследуют две-три случайных фразы,
Весь день твержу: печаль моя жирна...
О Боже, как жирны и синеглазы
Стрекозы смерти, как лазурь черна.
Где первородство? где счастливая повадка?
Где плавкий ястребок на самом дне очей?
Где вежество? где горькая украдка?
Где ясный стан? где прямизна речей,
Запутанных, как честные зигзаги
У конькобежца в пламень голубой, —
Морозный пух в железной крутят тяге,
С голуботвердой чокаясь рекой.
Ему солей трехъярусных растворы,
И мудрецов германских голоса,
И русских первенцев блистательные споры
Представились в полвека, в полчаса.
И вдруг открылась музыка в засаде,
Уже не хищницей лиясь из-под смычков,
Не ради слуха или неги ради,
Лиясь для мышц и бьющихся висков,
Лиясь для ласковой, только что снятой маски,
Для пальцев гипсовых, не держащих пера,
Для укрупненных губ, для укрепленной ласки
Крупнозернистого покоя и добра.
Дышали шуб меха, плечо к плечу теснилось,
Кипела киноварь здоровья, кровь и пот —
Сон в оболочке сна, внутри которой снилось
На полшага продвинуться вперед.
А посреди толпы стоял гравировальщик,
Готовясь перенесть на истинную медь
То, что обугливший бумагу рисовальщик
Лишь крохоборствуя успел запечатлеть.
Как будто я повис на собственных ресницах,
И созревающий и тянущийся весь, —
Доколе не сорвусь, разыгрываю в лицах
Единственное, что мы знаем днесь...
16 января 1934
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.