Ты занят делом: ну, к примеру, в ванне
Намыливаешь жирные бока.
Или не так: лежишь себе в нирване
И ни о чем не думаешь пока.
И тут – она. И – хвать тебя за горло,
За мыльный бок ли (да не в этом суть!),
И говорит: – Прости, опять приперло,
Вторые сутки не могу уснуть.
Ну, что поделать, ты – бегом за ручкой,
Забыв, что занят был, что в мыле - бок,
И пишешь то, что шепчет эта сучка,
Разматывая слов тугой клубок.
Она гипнотизирует как будто:
Тебя бросает в жар, а после – в дрожь.
Ты зол, но знаешь: это – те минуты,
Когда не существуешь, а живешь.
В те времена в стране зубных врачей,
чьи дочери выписывают вещи
из Лондона, чьи стиснутые клещи
вздымают вверх на знамени ничей
Зуб Мудрости, я, прячущий во рту
развалины почище Парфенона,
шпион, лазутчик, пятая колонна
гнилой провинции - в быту
профессор красноречия - я жил
в колледже возле Главного из Пресных
Озер, куда из недорослей местных
был призван для вытягиванья жил.
Все то, что я писал в те времена,
сводилось неизбежно к многоточью.
Я падал, не расстегиваясь, на
постель свою. И ежели я ночью
отыскивал звезду на потолке,
она, согласно правилам сгоранья,
сбегала на подушку по щеке
быстрей, чем я загадывал желанье.
1972
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
