Жизни минное поле не всегда перейти,
Даже, если - по пояс - ковыли позади,
Даже, если отвага не покинула дух:
Здесь для каждого шага есть конечное – вдруг…
Но, ведомые волей, мы идём - до конца!
И взрываются в поле человечьи сердца -
У кого на средине, у кого на краю…
Каждый движется к мине и находит – свою…
И, чем ближе до края, тем опасней стезя,
И осколками ранят нас, взлетая, друзья…
И немея от боли, иль горюя – навзрыд! -
Мы не знаем, чей в поле грянет завтрашний взрыв…
Квартиру прокурили в дым.
Три комнаты. В прихожей шубы.
След сапога неизгладим
до послезавтра. Вот и губы
живут недолго на плече
поспешным оттиском, потёком
соприкоснувшихся под током,
очнувшихся в параличе.
Не отражает потолок,
но ежечасные набеги
теней, затмений, поволок
всю ночь удваивают веки.
Ты вдвое больше, чем вчера,
нежнее вдвое, вдвое ближе.
И сам я человек-гора,
сошедший с цирковой афиши.
Мы — дирижабли взаперти,
как под водой на спор, не дышим
и досчитать до тридцати
хотим — и окриков не слышим.
(1986)
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
