Автобус, как усталый конькобежец,
описывал спиральные круги.
Дымилась, будто облако, одежда.
Водили носом злые старики.
Единородный ласковый кондуктор
Выписывал путёвку в тёмный лес,
Прикладывал печатку в форме фрукта…
Остатки «что-то-там-кпсс»
Ещё нас по инерции смешили,
Мы гладили кисельное стекло
Окошек, и двуколящее шило
В улыбках промелькнуло… Угольком
Касания мы правили канавки
В перчатках-отраженьях судеб-схем.
В салоне пахло чем-то терпко-сладким,
И цвёл в кабине галлюциноген…
Мы плыли. В экзотическом заливе
Качались пассажиры, как камыш.
Дразнился дождь японской мокрой сливой,
И щебетал амуристый малыш.
Давилось солнце серью постсоветской.
Всё путалось – картинки и слова…
Действительности бусы-цацки-пецки,
Заколочек гавайских острова,
Висящий на запястье дутый глобус
Ладонью ненавязчиво задень,
По щиколотку забежав в автобус
Из дымчато-лиловых хризантем.
Я к розам хочу, в тот единственный сад,
Где лучшая в мире стоит из оград,
Где статуи помнят меня молодой,
А я их под невскою помню водой.
В душистой тиши между царственных лип
Мне мачт корабельных мерещится скрип.
И лебедь, как прежде, плывет сквозь века,
Любуясь красой своего двойника.
И замертво спят сотни тысяч шагов
Врагов и друзей, друзей и врагов.
А шествию теней не видно конца
От вазы гранитной до двери дворца.
Там шепчутся белые ночи мои
О чьей-то высокой и тайной любви.
И все перламутром и яшмой горит,
Но света источник таинственно скрыт.
1959, Ленинград
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
