Двадцать три без пяти, стол накрыт, с запотевшею водкой
В дверь звонили опять, предпоследний вошел кандидат
Тихо в ванной уснуть, чтоб под утро, не твёрдой походкой
Позабыв, как всех звать, выпить рюмку и лечь спать назад
Двадцать три двадцать пять, все за стол. Провожать надо вскоре
Год спешивший туда, где петляет забвенья река
Мужики, как всегда, пьют прохладную за… тех, кто в море
Непонятно зачем, не единого нет моряка
Без пятнадцати, все, провожают, кто словом, кто делом
Не воспетый в стихах, сотни раз не обласканный год
Вот уж искры в глазах, след от шубы, на скатерти белой
И с тарелки стащил, буженину откормленный кот
Бьют куранты, ура, пробка в люстру… и гости в шампанском
Звук хлопушек, и вот, на салатах лежит конфетти
Кто-то пил натощак, и уже говорит на албанском
Звон бокалов опять, и слова, покурить бы пойти
Где-то ноль тридцать пять, оливье вновь поставлено гордо
В телевизоре дрянь, топот сверху и крики внизу
Через двадцать минут, первый сдал, в оливье скромно мордой
Опустился поспать, и пустить крокодилью слезу
Час пятнадцать, крик, смех, в двадцать тише, закончилась водка
Стали кушать коньяк, что пылился до сих на полу
В два, ушла отдохнуть, на кушетку, хмельная молодка
В два пятнадцать, блюёт, в фикус, мирно стоящий в углу
Что-то около трёх, до утра стали сёстры и братцы
Нынче кто с кем пришёл, позабыли и пьют за любовь
В детской, кто-то затих, выбрав место, где им обниматься
Только третий пришёл, чтоб дать в глаз и разбить себе бровь
Всё, в четыре хана, на ногах только те, кто был с язвой
Кот нажрался и спит, на столе, как печёный порась
Тьма бутылок пустых и посуды, разбитой и грязной
Это все для того, чтобы встречу ту, вспомнить, смеясь
Колокольный звон над Римом
кажется почти что зримым,-
он плывет, пушист и густ,
он растет, как пышный куст.
Колокольный звон над Римом
смешан с копотью и дымом
и с латинской синевой,-
он клубится, как живой.
Как река, сорвав запруду,
проникает он повсюду,
заливает, глушит, топит
судьбы, участи и опыт,
волю, действия и думы,
человеческие шумы
и захлестывает Рим
медным паводком своим.
Колокольный звон над Римом
кажется неутомимым,-
все неистовей прилив
волн, идущих на прорыв.
Но внезапно миг настанет.
Он иссякнет, он устанет,
остановится, остынет,
как вода, куда-то схлынет,
и откатится куда-то
гул последнего раската,-
в землю или в небеса?
И возникнут из потопа
Рим, Италия, Европа,
малые пространства суши -
человеческие души,
их движения, их трепет,
женский плач и детский лепет,
рев машин и шаг на месте,
шум воды и скрежет жести,
птичья ярмарка предместий,
милой жизни голоса.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
