Ты откроешь альбом и найдешь мою фотокарточку –
Сердце дрогнет и мир заметет пеленой пред тобой.
Я смотрю на тебя, улыбаясь, в форме испачканной,
Прислонившись спиною к машине своей боевой.
Звуки страшной войны будят эхом воспоминания.
Десять лет, словно день. Все опять возвратилось назад.
До чего же порою у нас и гОрьки страдания,
Коль нам сердце и душу огнем, как ножом, бороздят!..
Ты стояла, в слезах, в шаль укутавшись. (Было холодно).
Все затихло вокруг, даже птицы. Лишь ветер стонал.
Подошел я к тебе одинокой такой, безропотной
И к устам твоим сладким с любовью и болью припал.
Поклонившись тебе, я сказал – «Вернусь!» – на прощание,
И поклялся тогда, что мы будем с тобою навек…
Разве знать мы могли, что на этом первом свидании
Разлучимся с тобой навсегда, дорогой человек?!
На розвальнях, уложенных соломой,
Едва прикрытые рогожей роковой,
От Воробьевых гор до церковки знакомой
Мы ехали огромною Москвой.
А в Угличе играют дети в бабки
И пахнет хлеб, оставленный в печи.
По улицам меня везут без шапки,
И теплятся в часовне три свечи.
Не три свечи горели, а три встречи —
Одну из них сам Бог благословил,
Четвертой не бывать, а Рим далече,
И никогда он Рима не любил.
Ныряли сани в черные ухабы,
И возвращался с гульбища народ.
Худые мужики и злые бабы
Переминались у ворот.
Сырая даль от птичьих стай чернела,
И связанные руки затекли;
Царевича везут, немеет страшно тело —
И рыжую солому подожгли.
Март 1916
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
