Синегривая рань уплывает за чёрное поле
В край, где синих коней обесцветит белёсый мираж…
Что ж ты снова, чудак,
запершись, в стихотворном запое
Распиваешь январь - в одиночку, как горький алкаш?
Разве серые дни и бесснежное зимнее бремя
Невозможно стряхнуть, чтоб вскочить в верховое седло
И помчать к облакам,
ощущая поводья и стремя,
Как упругость строки, что и ставит судьбу на крыло?
Ведь за этим стеклом - не миражную блёклость сезона,
А небесный простор синеокие лошади пьют!
Ведь когда ты летуч –
хоть у самой черты горизонта,
Ты отыщешь, чудак, вольнокрылую песню свою!..
Но… уже под окном бродят сумерки в синей попоне,
И растёт темнота, вытесняя сиреневый цвет,
И над черновиком,
измождён в стихотворном запое,
Засыпает поэт…
У лавки табачной и винной
В прозрачном осеннем саду
Ребенок стоит неповинный,
Улыбку держа на виду.
Скажи мне, товарищ ребенок,
Игрушка природных страстей,
Зачем среди тонких рябинок
Стоишь ты с улыбкой своей?
Умен ты, видать, не по росту,
Но все ж, ничего не тая,
Ответь, симпатичный подросток,
Что значит улыбка твоя?
И тихо дитя отвечает:
С признаньем своим не спеши.
Улыбка моя означает
Неразвитость детской души.
Я вырасту жертвой бессонниц,
С прозрачной ледышкой внутри.
Ступай же домой, незнакомец,
И слезы свои оботри.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
