На столе грибы-опята,
Муж в лесу их собирал,
Есть молочны поросята,
Только хрен кудысь сбежал...
О, для нас он не старый, а Новый Год – длящийся праздник!
Кто о нём не писал, графоманствуя, несколько строк?
Устоять нелегко при таком колоссальном соблазне –
Прогреметь за столом поэтессой, краснея чуток.
Муж мой любит кураж: пить всю ночь ободрения ради,
Тискать ножку мою под столом и на ушко шептать,
Намекая на секс, чтобы кануть… и, мордой в салате
Затихая, припомнить и тёщу, и кузькину мать.
Нет, я буду молчать! Ни к чему мне поэтовы лавры.
Да и мужу пора поубавить бы в выпивке прыть.
Не хочу этих всех похождений ночных, чтоб назавтра
Никакого супруга под ручки до дома тащить!
Москва бодала местом Лобным,
играючи, не насовсем,
с учётом точным и подробным
педагогических систем.
Москва кормила до отвала
по пионерским лагерям,
с опекою не приставала,
и слово трудное ге-рон-
то-кратия — не знали, зрели,
росли, валяли дурака.
Пройдёшься по сентябрьской прели -
глядишь, придумалась строка.
Непроизвольно, так, от сердца.
Но мир сердечный замутнён
на сутки даденного ксерокса
прикосновением времён.
Опережая на три года
всех неформалов ВКШ,
одну трагедию народа
постигла юная душа.
А нынче что же — руки в брюки,
гуляю, блин, по сентябрю,
ловлю пронзительные звуки
и мысленно благодарю.
1988
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
