в первых двух нет прорисовки в последних есть, третья hedge hog хотя звучанье все оправдывает
мы его тоже увидим если будем хорошими
и подождем немного
дом и покой
и солнечный человек
это белые места в последнем в меньшей степени но на фоне лучшего сопровождения явственно
разломанная строка по моему не может быть неакцентной она или сыплется или найдена
**
скворчик щебечет на языке
ляляляляля {лад}
своем не способно нести звучание языка его может отдать имя носителей, сопровождение имени
солнечный человек
сдача места под проживание сочетанию имеющему вариативно гораздо большую емкость чем у незнайки с луной и шпунтиком
скворчик звонко щебечет на подоконнике
не по-нашему
вот первые две прошли и вторые просто обязаны выскрести кусок неузнанного пространства/ звук, крик, поворот глаз, аффект, повтор ввода любой новой чуши, но сопричастной объему внутри.
/ может быть что-то что мы сейчас не поняли
станет важным но
/ простая риторика не может нести объем
**
котсукин, его откачали, спасли, две недели глюкозы под ивл, но я его съел
в нем же мяса 2 грамма было
которое у Ежа? или ты стилистически/семантически имеешь в виду?
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Предчувствиям не верю, и примет
Я не боюсь. Ни клеветы, ни яда
Я не бегу. На свете смерти нет:
Бессмертны все. Бессмертно всё. Не надо
Бояться смерти ни в семнадцать лет,
Ни в семьдесят. Есть только явь и свет,
Ни тьмы, ни смерти нет на этом свете.
Мы все уже на берегу морском,
И я из тех, кто выбирает сети,
Когда идет бессмертье косяком.
II
Живите в доме - и не рухнет дом.
Я вызову любое из столетий,
Войду в него и дом построю в нем.
Вот почему со мною ваши дети
И жены ваши за одним столом,-
А стол один и прадеду и внуку:
Грядущее свершается сейчас,
И если я приподымаю руку,
Все пять лучей останутся у вас.
Я каждый день минувшего, как крепью,
Ключицами своими подпирал,
Измерил время землемерной цепью
И сквозь него прошел, как сквозь Урал.
III
Я век себе по росту подбирал.
Мы шли на юг, держали пыль над степью;
Бурьян чадил; кузнечик баловал,
Подковы трогал усом, и пророчил,
И гибелью грозил мне, как монах.
Судьбу свою к седлу я приторочил;
Я и сейчас в грядущих временах,
Как мальчик, привстаю на стременах.
Мне моего бессмертия довольно,
Чтоб кровь моя из века в век текла.
За верный угол ровного тепла
Я жизнью заплатил бы своевольно,
Когда б ее летучая игла
Меня, как нить, по свету не вела.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.