Я - журнальная пчёлка. Тружусь, тружусь.
Ответь на крутой вопрос о себе - не трусь!
Как называешь ласково маму, трутень?
Вопрос, понимаю, для бизнесмена труден.
Пахнешь ты клёво. А так же ли клёво пашешь?
Мамка тебе, как в детстве, с окошка машет...
Маленький Пашка стал взрослым сыночком Пашей.
Палконстантиныч, вам повезло с мамашей!
Я б такому коблу не писала писем,
Я б не была, как старенький хвостик лисий,
Я б такому сыну не нянчила внуков,
Я бы ему сказала:"Сам нянчи, сука!"
РИЦЦА
В городе N узкоглазые лица,
Воды бушуют артезианские,
Если ты добрый, дай мне напиться,
Дай мне попробовать рай азиатский!
Часто знобит. Лихорадка сенная?
Или твои недомолвки, причуды?
Столько вопросов к тебе возникает,
Если вокруг не такси, а верблюды.
Пыль, как песок, а песок, как вода.
В городе N носят бабы шальвары,
Я не надену штаны никогда,
Клянусь твоим сочным восточным базаром!
МИСЮСЬ
Любимый вопрос девочки Ули:"А хули?"
Она пьёт " яагуар" глотками, жуя салями,
Она побывала замужем,распоковав писюлю,
А теперь по полной навёрстывает с б***дями.
Вечером ей колготки стирает мачо.
Кофе утром варит качок известный.
Он с ней вместе в дУше поёт и плачет,
Потому что очень любит Ваенги песни.
И ничуть не грустно ей в этой жизни,
Поскорее дни только б промелькнули,
Чтобы встать из гроба на своей тризне,
И задать любимый вопрос:"А хули?!"
В начале декабря, когда природе снится
Осенний ледоход, кунсткамера зимы,
Мне в голову пришло немного полечиться
В больнице # 3, что около тюрьмы.
Больные всех сортов - нас было девяносто, -
Канканом вещих снов изрядно смущены,
Бродили парами в пижамах не по росту
Овальным двориком Матросской Тишины.
И день-деньской этаж толкался, точно рынок.
Подъем, прогулка, сон, мытье полов, отбой.
Я помню тихий холл, аквариум без рыбок -
Сор памяти моей не вымести метлой.
Больничный ветеран учил меня, невежду,
Железкой отворять запоры изнутри.
С тех пор я уходил в бега, добыв одежду,
Но возвращался спать в больницу # 3.
Вот повод для стихов с туманной подоплекой.
О жизни взаперти, шлифующей ключи
От собственной тюрьмы. О жизни, одинокой
Вне собственной тюрьмы... Учитель, не учи.
Бог с этой мудростью, мой призрачный читатель!
Скорбь тайную мою вовеки не сведу
За здорово живешь под общий знаменатель
Игривый общих мест. Я прыгал на ходу
В трамвай. Шел мокрый снег. Сограждане качали
Трамвайные права. Вверху на все лады
Невидимый тапер на дедовском рояле
Озвучивал кино надежды и нужды.
Так что же: звукоряд, который еле слышу,
Традиционный бред поэтов и калек
Или аттракцион - бегут ручные мыши
В игрушечный вагон - и валит серый снег?
Печальный был декабрь. Куда я ни стучался
С предчувствием моим, мне верили с трудом.
Да будет ли конец - роптала кровь. Кончался
Мой бедный карнавал. Пора и в желтый дом.
Когда я засыпал, больничная палата
Впускала снегопад, оцепенелый лес,
Вокзал в провинции, окружность циферблата -
Смеркается. Мне ждать, а времени в обрез.
1982
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
