Оговорили, освистали…
Глаза закрыв,
гляжу, летит по вертикали
душа в обрыв…
Полёт её был труден, долог –
стремилась ввысь,
чуть притомилась, дав им повод
убить и сгрызть…
Как упоительно всесилье
обидных слов,
акценты кое-где сместили
и понесло –
найдя подельников немало,
себе под стать,
хотят, во что бы то ни стало,
ошельмовать…
Но рано радовались, выли –
раздался смех,
она, свои расправив крылья,
взлетела вверх,
снегов внезапная лавина
сошла с вершин,
людишек в облике зверином
всех порешив…
Ордена и аксельбанты
в красном бархате лежат,
и бухие музыканты
в трубы мятые трубят.
В трубы мятые трубили,
отставного хоронили
адмирала на заре,
все рыдали во дворе.
И на похороны эти
местный даун,
дурень Петя,
восхищённый и немой,
любовался сам не свой.
Он поднёс ладонь к виску.
Он кривил улыбкой губы.
Он смотрел на эти трубы,
слушал эту музыку .
А когда он умер тоже,
не играло ни хрена,
тишина, помилуй, Боже,
плохо, если тишина.
Кабы был постарше я,
забашлял бы девкам в морге,
прикупил бы в Военторге
я военного шмотья.
Заплатил бы, попросил бы,
занял бы, уговорил
бы, с музоном бы решил бы,
Петю, бля, похоронил.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
