февраль метели как спирали
с нажимом вкручивает в грудь
снега давно лежать устали
им хоть немного отдохнуть
уткнувшись в воротник прохожий
бежит от вьюг как от чумы
ему бы хоть немного тоже
передохнуть
дома немы
февраль кричит февраль несется
ветрами заметая след
к чему он только прикоснется
того уже
в мгновенье
нет
февраль молчит
звенят капели
февраль сдает на всех фронтах
ему еще бы две недели
держаться
но уже никак
зима - сварливая старуха
весна свежа и молода
у февраля опять непруха
он не весенний
никогда
его с улыбкой ждать не будут
но сложат про него стихи
где он весенняя приблуда
снежинки тают
так тихи
февраль уснул ему не сладко
и наступает март на пятки
и ставни города глухи
Конькобежец и первенец, веком гонимый взашей
Под морозную пыль образуемых вновь падежей.
Часто пишется казнь, а читается правильно — песнь,
Может быть, простота — уязвимая смертью болезнь?
Прямизна нашей речи не только пугач для детей —
Не бумажные дести, а вести спасают людей.
Как стрекозы садятся, не чуя воды, в камыши,
Налетели на мертвого жирные карандаши.
На коленях держали для славных потомков листы,
Рисовали, просили прощенья у каждой черты.
Меж тобой и страной ледяная рождается связь —
Так лежи, молодей и лежи, бесконечно прямясь.
Да не спросят тебя молодые, грядущие те,
Каково тебе там в пустоте, в чистоте, сироте...
10—11 января 1934
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
