Дети рисуют ад, родители видят сон, в которых кто прав-тот прав, в реале же- армагеддон, а детям охота- жить, и петь, и писать стихи, а трезвым охота- выть, а пьяным - прощать грехи.И падает с неба мрак, и хочется пить и выть.Сидит в полумраке враг, чтоб горло перекусить.И ждет- отвернись быстрей, напиться бы крови всласть.И много вокруг людей, да нет их- что за напасть.Одна сигарета- кайф, и две- полуночный смак.И празднует кто-то *лайф*, смеется не шут-дурак.
Февраль умиляет всех-мол, месяц последний-все...И сыплется черный снег, и мелет свое -колесо...
Сердце бьёт в эрогенную зону
чем-то вроде копыта коня.
Человечество верит Кобзону
и считает химерой меня.
Дозвониться почти невозможно,
наконец дозвонился — и что? —
говорит, что уходит, безбожно
врёт, что даже надела пальто.
Я бы мог ей сказать: «Балаболка,
он же видео — мой телефон,
на тебе голубая футболка
и едва различимый капрон».
Я бы мог, но не буду, не стану,
я теперь никого не виню,
бередит смехотворную рану
сердце — выскочка, дрянь, парвеню.
Сердце глупое. Гиблая зона.
Я мотаю пожизненный срок
на резиновый шнур телефона
и свищу в деревянный свисток,
я играю протяжную тему,
я играю, попробуй прерви,
о любви и презрении к телу,
характерном для нашей любви.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
