Деточка, ты меня так всегда о чем-то просишь, будто бы я могу
будто бы я все слова читаю и понимаю только на белом снегу...
Только вот у меня ведь тоже тут - ни души, ни зги - не черта!
тут даже пеплом посыпана самая Чистая Красота
и мне, знаешь, как хочется самому иногда с моста?
Чтоб - ничего.
Пустота.
Деточка, о какой ты меня просишь любви - это полный бред.
Я могу тебя только утешить, ты встретишь его в обед
или с утра, какая впрочем тебе разница, в какую играть игру,
если ты мне по сто раз в день кричишь "не могу больше так
не могу!"
И так настойчиво смотришь сюда, наверх, словно я убегу.
Можно подумать,
я так могу.
А еще, деточка, давай договоримся, - я же тебе не враг, -
с этого дня все что с тобой случается - только ничтожный пустяк
по сравнению с апокалипсисом, тайфуном, огромной волной...
Слышишь, я всегда, всегда буду, моя дорогая, рядом с тобой!
Ну а сейчас - извини, -
у меня выходной.
Сигареты маленькое пекло.
Тонкий дым разбился об окно.
Сумерки прокручивают бегло
Кроткое вечернее кино.
С улицы вливается в квартиру
Чистая голландская картина -
Воздух пресноводный и сырой,
Зимнее свеченье ниоткуда,
Конькобежцы накануне чуда
Заняты подробною игрой.
Кактусы величественно чахнут.
Время запираться и зевать.
Время чаепития и шахмат,
Кошек из окошек зазывать.
К ночи глуше, к ночи горше звуки -
Лифт гудит, парадное стучит.
Твердая горошина разлуки
В простынях незримая лежит.
Милая, мне больше длиться нечем.
Потому с надеждой, потому
Всем лицом печальным человечьим
В матовой подушке утону.
...Лунатическим током пронизан,
По холодным снастям проводов,
Громкой кровельной жести, карнизам
Выхожу на отчетливый зов.
Синий снег под ногами босыми.
От мороза в груди колотье.
Продвигаюсь на женское имя -
Наилучшее слово мое.
Узнаю сквозь прозрачные веки,
Узнаю тебя, с чем ни сравни.
Есть в долинах великие реки -
Ты проточным просторам сродни.
Огибая за кровлею кровлю,
Я тебя воссоздам из ночей
Вороною бездомною кровью -
От улыбки до лунок ногтей.
Тихо. Половицы воровато
Полоснула лунная фольга.
Вскорости янтарные квадраты
Рухнут на пятнистые снега.
Электричество включат - и снова
Сутолока, город впереди.
Чье-то недослышанное слово
Бродит, не проклюнется в груди.
Зеркало проточное померкло.
Тусклое бессмысленное зеркало,
Что, скажи, хоронишь от меня?
Съежилась ночная паутина.
Так на черной крышке пианино
Тает голубая пятерня.
1973
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.