В середине зимы заблудившись в горах,
я, боюсь, не дойду до конца перевала.
Я уже абсолютно не чувствую страх -
Слишком сильно ветрами меня изорвало.
Зубы часто стучат. Кровоточит десна.
Я не вижу, не слышу, не чувствую тела.
Говорят, через месяц наступит весна.
Говорят. Только нет мне до этого дела.
Говорят: "Ты себе недостаточно льстишь".
Говорят, я достоин, способен и молод,
но на мили вокруг расстилается лишь
только тишь да туман, только ветер и холод.
Правда, ветер - живой. Ветер дышит. То вдруг
Воспарит, запоёт... То колеблется еле.
Ветру тоже противен разомкнутый круг
от конца января до начала апреля.
Мы пройдём этот путь вместе с ветром, вдвоём.
Ветер любит водить одиночек по скалам,
любит петь. Временами молчит - о своём.
А поёт - о чужом. О большом и о малом.
Он не спит по ночам и не видит во сне
ничего: ни надежды, ни счастья, ни горя.
Ветер - скептик: какая тут речь о весне
в четырёх километрах над уровнем моря?
...
Я спускаюсь в долину. Спускается сель
и закатное солнце скользит по дубравам.
За горами зима, через месяц - апрель.
Ветер прав,
но недолго останется правым.
Он был красив, как сто чертей,
Имел любовниц всех мастей,
Любил животных и детей
И был со всеми мил…
Да полно, так ли уж права
Была жестокая молва,
Швырнув вослед ему слова:
"Он Пушкина убил!"?
Он навсегда покинул свет,
И табаком засыпал след,
И даже плащ сменил на плед,
Чтоб мир о нем забыл…
Но где б он ни был – тут и там
При нем стихал ребячий гам
И дети спрашивали: "Мам,
Он Пушкина убил?"
Как говорится, все течет,
Любая память есть почет,
И потому – на кой нам черт
Гадать, каким он был?..
Да нам плевать, каким он был,
Какую музыку любил,
Какого сорта кофий пил, –
Он Пушкина убил!..
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
