Ты зачем лежишь, загораешь… Ты вообще зачем?
Солнце терпкое, вязкое: самбука и доктор Мом.
А комар терпит бедствие на твоем плече –
самолетик Амелии Эрхарт в тридцать седьмом.
Вот на коже – кровавый мак. Что-нибудь в этом есть.
Собери-ка свет и в себя его упакуй.
Вот вода и камни. Самолетик, комарик, всплеск.
По тебе мои пальцы выдвигаются к третьему позвонку.
Ходит крыша пальцев, без плотников и стропил.
Ты дрейфуешь под солнцем, безмысленный и простой.
Вот бы встал, постоял, как спартанец у Фермопил:
тяжесть - с запада, а с востока – простор, простор.
я очень трудилась, чтобы его поймать в нужном виде =))
чёт не понял про крышу пальцев, про дрейф в общем-то тоже. Когда читал в первый раз смаковал каждую строчку ровно до воды и камней, но теперь нравится только "терпящий бедствие комар" и последняя строка, причем повтор повтор не кажется оправданным
хм... ну, крыша пальцев, это пальцы в виде перевернутой V, которыми ходишь по чужой спине, например. Может, у меня личное =)
За впечатление спасибо!)
а я думал, что крыша пальцев - это кисть, крышующая пальцы :)
кисть, крышующая пальцы, звучит, как бандит )))
В ушу такая позиция кисти называеццо коготь дракона - чистстое крышевание
Кстате, перевернутая V - танлань шоу - кисть богомола (в смысле насекомого такого - богомол)
Да, без танков лучше)
=) ага
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Сдав все свои экзамены, она
к себе в субботу пригласила друга,
был вечер, и закупорена туго
была бутылка красного вина.
А воскресенье началось с дождя,
и гость, на цыпочках прокравшись между
скрипучих стульев, снял свою одежду
с непрочно в стену вбитого гвоздя.
Она достала чашку со стола
и выплеснула в рот остатки чая.
Квартира в этот час еще спала.
Она лежала в ванне, ощущая
всей кожей облупившееся дно,
и пустота, благоухая мылом,
ползла в нее через еще одно
отверстие, знакомящее с миром.
2
Дверь тихо притворившая рука
была - он вздрогнул - выпачкана; пряча
ее в карман, он услыхал, как сдача
с вина плеснула в недрах пиджака.
Проспект был пуст. Из водосточных труб
лилась вода, сметавшая окурки.
Он вспомнил гвоздь и струйку штукатурки,
и почему-то вдруг с набрякших губ
сорвалось слово (Боже упаси1
от всякого его запечатленья),
и если б тут не подошло такси,
остолбенел бы он от изумленья.
Он раздевался в комнате своей,
не глядя на припахивавший потом
ключ, подходящий к множеству дверей,
ошеломленный первым оборотом.
1970
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.