Ах, этот бес!
Всё тычет, тычет.
Опять забрался
под ребро
и мне оттудова
талдычит:
- Ты лирик,
и тебе свезло.
Пока я тут
живу с тобою,
определяя бытие,
я уж тебя к любви
пристрою.
Ты только
не гони её.
Нашлю счастливые
мгновенья.
Я расстараюсь,
так и быть.
Сварю вишнёвого варенья,
чтоб поцелуи подсластить.
Кровь заварю
из самовара
крутым певучим кипятком,
и подыщу такую пару:
чтоб - и сейчас,
и на потом...
Я этим бесом обихожен, -
живу, любовью озарён,
и счастлив тем,
что я - заложник
у беса -
под шестым ребром.
Нелегкое дело писательский труд –
Живешь, уподобленный волку.
С начала сезона, как Кассий и Брут,
На Цезаря дрочишь двустволку.
Полжизни копить оглушительный газ,
Кишку надрывая полетом,
Чтоб Цезарю метче впаять промеж глаз,
Когда он парит над болотом.
А что тебе Цезарь – великое ль зло,
Что в плане латыни ему повезло?
Таланту вредит многодневный простой,
Ржавеет умолкшая лира.
Любимец манежа писатель Толстой
Булыжники мечет в Шекспира.
Зато и затмился, и пить перестал –
Спокойнее было Толстому
В немеркнущей славе делить пьедестал
С мадам Харриет Бичер-Стоу.
А много ли было в Шекспире вреда?
Занятные ж пьесы писал иногда.
Пускай в хрестоматиях Цезарь давно,
Читал его каждый заочник.
Но Брут утверждает, что Цезарь – говно,
А Брут – компетентный источник.
В карельском скиту на казенных дровах
Ночует Шекспир с пораженьем в правах.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
