Настрадались за века. Настрадались.
Не валяйте дурака, Нострадамус.
Заблудились в пустоте, словно дети.
Ведь века уже не те и не эти.
- Здравствуй, брат мой во Христе, мой молочный.
Что века теперь не те – это точно.
Всё смешалось: облака, люди, вещи.
Прямо скажем, - не века, а увечья.
Были помыслы чисты. Шелест гурий.
До сих пор дрожат мосты от центурий.
Ветер с севера. А мелочи детства
Опадают, как чужое наследство.
Когда я утром просыпаюсь,
я жизни заново учусь.
Друзья, как сложно выпить чаю.
Друзья мои, какую грусть
рождает сумрачное утро,
давно знакомый голосок,
газеты, стол, окошко, люстра.
«Не говори со мной, дружок».
Как тень слоняюсь по квартире,
гляжу в окно или курю.
Нет никого печальней в мире —
я это точно говорю.
И вот, друзья мои, я плачу,
шепчу, целуясь с пустотой:
«Для этой жизни предназначен
не я, но кто-нибудь иной —
он сильный, стройный, он, красивый,
живёт, живёт себе, как бог.
А боги всё ему простили
за то, что глуп и светлоок».
А я со скукой, с отвращеньем
мешаю в строчках боль и бред.
И нет на свете сожаленья,
и состраданья в мире нет.
1995, декабрь
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
