Все останутся. Им просто некуда деться,
Я держу их своей незадачливой памятью.
Я держу их давно, аж из самого детства.
Как виски сединой, покрываются наледью
Очертания лиц, голосов мягкий тембр
И лучистость в глазах, на меня обращенных.
Все классически. Академично, как Энгр,
Как паркет инкрустированный навощенный.
Да и запах появится, точно в музее.
Заведется в мозгу, от избытка хранимого.
Говорят, пожинают лишь то, что посеют...
Много сеял в гремучей тоске нерадивого.
Станут тени длиннее, и крепче их хватка.
Постепенно к теням ты и сам тяготеешь.
Тикать ходикам станется скоро не сладко -
Они знают, что ты их уже не жалеешь,
Что давненько зовет, перевесивши чашу,
Твое прошлое - манит ладонями милых.
Я, конечно же, свой некролог приукрашу:
Как обидеть себя, столь любимых, но хилых...
Чем больше черных глаз, тем больше переносиц,
а там до стука в дверь уже подать рукой.
Ты сам себе теперь дымящий миноносец
и синий горизонт, и в бурях есть покой.
Носки от беготни крысиныя промокли.
К лопаткам приросла бесцветная мишень.
И к ней, как чешуя, прикованы бинокли
не видящих меня смотря каких женьшень.
У северных широт набравшись краски трезвой,
(иначе - серости) и хлестких резюме,
ни резвого свинца, ни обнаженных лезвий,
как собственной родни, глаз больше не бздюме.
Питомец Балтики предпочитает Морзе!
Для спасшейся души - естественней петит!
И с уст моих в ответ на зимнее по морде
сквозь минные поля эх яблочко летит.
<1987>
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
