Закрылись ворота, негромко чихнув
от пыли, клубившейся вслед за каретой...
Карета неслась... Не востребован кнут
гнедым жеребцам, что проворнее ветра...
В берёзовой роще нашли образок,
что ею подарен был прошлой весною
седому гусару... Да как же он мог
стреляться опять? И она в том виною...
Убит или ранен? Спешила узнать...
Бог милостив: траур надеть не придётся.
И села тихонько к нему на кровать,
вуалью глаза свои спрятав от солнца...
Ждала пока милый в сознанье придёт,
да так и уснула под чёрной вуалью...
И снились ей: бал и гусар... И гавот,
который они на балу танцевали...
Уж давно ни мин и ни пожаров
не гремит в просторах тополей,
но стоишь — как Минин и Пожарский
над отчизной родины своей.
Над парадом площади родимой
городов и сел победных марш,
вдовы сердце матери любимых
слезы душу верности отдашь.
Не забудем памятный Освенцим
грудью Петрограда москвичи!
Мы сумеем Джоуля от Ленца,
если надо, снова отличить.
Пусть остался подвиг неизвестным,
поколеньем имени влеком,
ты войдешь, как атом неизвестный,
в менделиц Таблеева закон!
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
