Здесь дохлая птица лежит, распластавшись в шпагат.
Неловкая пауза, вроде бы кто виноват.
Никто с этой смертью не связывал свой интерес,
ведь дохлая птица летела наперерез,
когда мы неслись, одержимые спором, лоб в лоб...
И вдруг - ничего. Отходняк, непонятный озноб.
Теперь эта дохлая птица, горячий асфальт.
И сколько ещё надо ждать, чтобы снова на старт?
Нелепая птица
лежит на дороге,
ни капельки крови
Классное стихотворение несмотря даже на совершенно сдутое завершение, с, по женски, визгливым, абсолютно не в тему, риторическим вопросом. Блин, ну видно же, что любое завершение с более-менее точной рифмой, даже идиотское, не способно разрушить концепцию текста так как разрушили её Вы?
Да? А мне вопрос видится заданным от мужского лица.
Мыша, ммм (немой вопрос)... Вы правда думаете, что здесь найдется тот, кто поймет, что вы хотели этим сказать? А если и найдется, то найдется ли?
Ну, откуда ж мне знать, где он найдётся) И как потеряется тоже...
Мне достаточно того, что кто-то может почувствовать, что здесь что-то не так. Пусть даже и по-своему.)
Получилось стихо. имхо. Баллы за мной.
Спасибо несчастной птице. Я её прославила, как могла)
Как она на него похожа http://www.reshetoria.ru/user/white-snow/index.php?id=18175&page=1&ord=0
Это на самом деле страшно.
Да, очень. Но у меня никому не было больно, даже птице. Ведь она уже летела дохлая, она ничего не теряла
Это я так вас веселю )
Понравился стих.
послушать https://yadi.sk/d/ThlaT5Dbaz332
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
По вечерам над ресторанами
Горячий воздух дик и глух,
И правит окриками пьяными
Весенний и тлетворный дух.
Вдали, над пылью переулочной,
Над скукой загородных дач,
Чуть золотится крендель булочной,
И раздается детский плач.
И каждый вечер, за шлагбаумами.
Заламывая котелки,
Среди канав гуляют с дамами
Испытанные остряки.
Над озером скрипят уключины,
И раздается женский визг,
А в небе, ко всему приученный,
Бессмысленно кривится диск.
И каждый вечер друг единственный
В моем стакане отражен
И влагой терпкой и таинственной,
Как я, смирён и оглушен.
А рядом у соседних столиков
Лакеи сонные торчат,
И пьяницы с глазами кроликов
"In vino veritas!" кричат.
И каждый вечер, в час назначенный
(Иль это только снится мне?),
Девичий стан, шелками схваченный,
В туманном движется окне.
И медленно, пройдя меж пьяными,
Всегда без спутников, одна,
Дыша духами и туманами,
Она садится у окна.
И веют древними поверьями
Ее упругие шелка,
И шляпа с траурными перьями,
И в кольцах узкая рука.
И странной близостью закованный,
Смотрю за темную вуаль,
И вижу берег очарованный
И очарованную даль.
Глухие тайны мне поручены,
Мне чье-то солнце вручено,
И все души моей излучины
Пронзило терпкое вино.
И перья страуса склоненные
В моем качаются мозгу,
И очи синие бездонные
Цветут на дальнем берегу.
В моей душа лежит сокровище,
И ключ поручен только мне!
Ты право, пьяное чудовище!
Я знаю: истина в вине.
24 апреля 1906. Озерки
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.