Но какая гадость чиновничий язык! Исходя из того положения... с одной стороны... с другой же стороны — и все это без всякой надобности. «Тем не менее» и «по мере того» чиновники сочинили
Я тебя целовал самой крохкою сладостью
и вкушал твои губы судьбой карамельною.
Упивался сезонным коктейлем из младости,
наслаждался зефиринкой нерукодельною.
Напиши, если хочется, энциклопедию
про себя. От меня - почита... поедателя.
Не забудь: завтра в три я тобою обедаю,
так что будь на свидании очаровательна...
Он её поедал феерично, уверенно,
И с ириской они состязалися в гибкости…
Ну, конечно же, счастья влюбленным немерено!
Берегите друг друга!…Эх, лишь бы не слиплося…
МашаФу! )
Он её, мармеладную, кушал, блаженствуя.
Лобызал её грудки, как будто мороженки.
И она, как зефиринка, таяла женственно
под коктейль "секс на пляже", шепча: "О, обожежмой!.."
Ой! Ну так написалось)))
ничего себе! написалось так написалось!
Больше бы поставила, да пальцы как-то нечаянно слиплись.
это от карамельки )
)))
)))
Миль пардон, широкая обчественность в моем узком лице интересуется,шо такое "крохкою"?
Вспомнился бородатый анекдот, когда Василь Иваныч не знал как пишется слово "вторник" и написал объявление,что собрание состоится на следующий после понедельника день. И когда Петька его спросил: А в словаре смотрел? Он ответил: Смотрел. На "эФ" только фуфло и фуфайка.
анналы читайте. матчасть. Слово заимствовано из стиха вдохновившего на гурмэ. Эпиграф читайте, Петенька )))
зачем мне читать матчасть?у меня со сном все в порядке:-)))да и анналы меня как-то не вдохновляют, Василь Иваныч;-)))
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Приобретут всеевропейский лоск
слова трансазиатского поэта,
я позабуду сказочный Свердловск
и школьный двор в районе Вторчермета.
Но где бы мне ни выпало остыть,
в Париже знойном, Лондоне промозглом,
мой жалкий прах советую зарыть
на безымянном кладбище свердловском.
Не в плане не лишенной красоты,
но вычурной и артистичной позы,
а потому что там мои кенты,
их профили на мраморе и розы.
На купоросных голубых снегах,
закончившие ШРМ на тройки,
они запнулись с медью в черепах
как первые солдаты перестройки.
Пусть Вторчермет гудит своей трубой,
Пластполимер пускай свистит протяжно.
А женщина, что не была со мной,
альбом откроет и закурит важно.
Она откроет голубой альбом,
где лица наши будущим согреты,
где живы мы, в альбоме голубом,
земная шваль: бандиты и поэты.
1997
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.