Суслики выходят на выселки.
Где дожди подсолнухи высекли,
суки оглашенные с визгами
гонят полоумного пса.
Мается коза дранобокая,
климакс, шпоры, криз - одиноко ей.
Вот и конопля уж не торкает,
даже в пляс не тянет попса.
Вдовы ждут на дачах тимуровцев,
в сновиденьях с ними целуются.
Мокрая ослепшая курица
кормит беспризорных червей.
Как у нас во горнице старенькой
срам прикрыт провисшею ставенькой,
прусачьё сидит на завалинке,
сусликам мурлычет "приве-е-ет".
Да, две последние строчки портят всё впечатление от удачного и даже крутого текста. И не в первый раз огорчаюсь таким срывом Мыши в дилетантское завершение, вначале вполне профессионально сделанного произведения.
Владимир, я вам скажу одну интересную вещь, если в конце какого-то произведения не то, что вы ожидали - это ещё не значит, что автор написал так дабы впендюрить абы что. Не первый раз замечаю с вашей стороны неуважение к моей авторской концепции. Я могу весь стих признать дилетантским, если вам будет угодно, но к срывам это не имеет никакого отношения. Лично я вижу, что вы просто невдупляете, куда ведут мои неподформатные вам концовки.
Мои реверансы.
)
Дык я про своё невдупление и написал. А про чё надо было?
Многократные земные поклоны.
)
Я так и поняла, потому и решила помочь вам перенаправить формулировку.
Хотя, по вашей реплике скорее видно, что вам всё настолько ясно, что сомнений в ущербности концовки быть не может.
Наташа, спасибо за помощь. Сомнения во мне Вы заронили(((
Ой, что-то на вас это не похоже. Вы не заболели?)))
)))
суслики выходят на выселки,
их встречают ежики-нищенки.
каково же суслику с ежиком?
почему скрестил ты их, боженька?
Как же мне нравится вас не понимать...:)
О, это всегда пожалуйста.
Вот такой у меня когда-то был стих непонимательный)
Вы не поймёте, вы не поймёте,
вы не бывали в моём переплёте.
На понимание низкая квота
тем, кто зубами не рвал переплётов!
Мне всё понятно, я не нелюдимка,
вся перед вами — обложка, картинка.
А содержание — на обороте,
но вы не поймёте, вы не поймёте!
Фига в уме, хотя речь и прямая.
Круто, когда тебя не понимают!
Действия, сцены, но — /ваши проклятья/ -
Антракт! Задолбалась вас понимать я!
Вы, верно, считаете, что понимаете —
действия,
сцены,
секреты антрактов,
замысел пьесы,
игру комедьантов?..
Вы так считаете?
Видимо, — «да», коль согласно киваете.
Только вот знаете...
Частенько случается
(то ли нарочно, то ли нечаянно так получается) —
живете, живете...
и книгу свою по привычке листаете...
Но вдруг (именно вдруг!) понимаете,
что всё, что вам нужно
... сокрыто в чужом переплете.
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Обступает меня тишина,
предприятие смерти дочернее.
Мысль моя, тишиной внушена,
порывается в небо вечернее.
В небе отзвука ищет она
и находит. И пишет губерния.
Караоке и лондонский паб
мне вечернее небо навеяло,
где за стойкой услужливый краб
виски с пивом мешает, как велено.
Мистер Кокни кричит, что озяб.
В зеркалах отражается дерево.
Миссис Кокни, жеманясь чуть-чуть,
к микрофону выходит на подиум,
подставляя колени и грудь
популярным, как виски, мелодиям,
норовит наготою сверкнуть
в подражании дивам юродивом
и поёт. Как умеет поёт.
Никому не жена, не метафора.
Жара, шороху, жизни даёт,
безнадежно от такта отстав она.
Или это мелодия врёт,
мстит за рано погибшего автора?
Ты развей моё горе, развей,
успокой Аполлона Есенина.
Так далёко не ходит сабвей,
это к северу, если от севера,
это можно представить живей,
спиртом спирт запивая рассеяно.
Это западных веяний чад,
год отмены катушек кассетами,
это пение наших девчат,
пэтэушниц Заставы и Сетуни.
Так майлав и гудбай горячат,
что гасить и не думают свет они.
Это всё караоке одне.
Очи карие. Вечером карие.
Утром серые с чёрным на дне.
Это сердце моё пролетарии
микрофоном зажмут в тишине,
беспардонны в любом полушарии.
Залечи мою боль, залечи.
Ровно в полночь и той же отравою.
Это белой горячки грачи
прилетели за русскою славою,
многим в левую вложат ключи,
а Модесту Саврасову — в правую.
Отступает ни с чем тишина.
Паб закрылся. Кемарит губерния.
И становится в небе слышна
песня чистая и колыбельная.
Нам сулит воскресенье она,
и теперь уже без погребения.
1995
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.