На моих щеках дождь, и очки запотели тут же.
Листья падают на асфальт, и черты их обводит мел..
Полтора города на мостовых; И святой Григорий из лужи
Окропляет брызгами тех, кто отскочить не успел.
Такое, знаете, детство — держать в руках сигареты,
Смотреть, как геена огненная с каждым вдохом горит сильней...
И во что остаётся верить? Даже листья летят от света,
Но от этого за окном становится лишь светлей.
На моих плечах поселился ехидный ангел —
Он записывает все послания для Мессии,
И когда ему становится особенно меня жалко,
Он летит отправлять их почтой России..
А по Москве идёт дождь, смывая с прохожих граффити,
Оставляя не так уж много осени для октября...
Мне хотелось бы знать, на что Вы меня потратили,
Но достаточно и того, что не зря.
Мама маршевую музыку любила.
Веселя бесчувственных родных,
виновато сырость разводила
в лад призывным вздохам духовых.
Видно, что-то вроде атавизма
было у совслужащей простой —
будто нет его, социализма,
на одной шестой.
Будто глупым барышням уездным
не собрать серебряных колец,
как по пыльной улице с оркестром
входит полк в какой-нибудь Елец.
Моя мама умерла девятого
мая, когда всюду день-деньской
надрывают сердце “аты-баты” —
коллективный катарсис такой.
Мама, крепко спи под марши мая!
Отщепенец, маменькин сынок,
самого себя не понимая,
мысленно берёт под козырёк.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
