Правила существуют, чтоб не спеша,
с чувством и расстановкой их нарушать,
чтоб добиваться мата, минуя шах,
делать из королевы обратно пешку.
правила были писаны на века.
я ничего не знаю наверняка.
только не загоняйся до нервяка,
раз уж чего-то хочешь - не стоит мешкать:
в жилах так редко плещется кипяток.
каждая точка кляксится запятой,
будто смеется, гадина, - "что потом?"
даже "сейчас" готово дышать на ладан
дымом других, чуть менее смирных трав.
злу уже не распутаться из добра.
только во что, скажи мне, с тобой играть,
если без недоверия да разбляда?
Река валяет дурака
и бьет баклуши.
Электростанция разрушена. Река
грохочет вроде ткацкого станка,
чуть-чуть поглуше.
Огромная квартира. Виден
сквозь бывшее фабричное окно
осенний парк, реки бурливый сбитень,
а далее кирпично и красно
от сукновален и шерстобитен.
Здесь прежде шерсть прялась,
сукно валялось,
река впрягалась в дело, распрямясь,
прибавочная стоимость бралась
и прибавлялась.
Она накоплена. Пора иметь
дуб выскобленный, кирпич оттертый,
стекло отмытое, надраенную медь,
и слушать музыку, и чувствовать аортой,
что скоро смерть.
Как только нас тоска последняя прошьет,
век девятнадцатый вернется
и реку вновь впряжет,
закат окно фабричное прожжет,
и на щеках рабочего народца
взойдет заря туберкулеза,
и заскулит ошпаренный щенок,
и запоют станки многоголосо,
и заснует челнок,
и застучат колеса.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
