Тот Карабас, Борис, что раздает нам роли,
кажется, только он в курсе сценария, в курсе
того либретто, что мы на последнем курсе
будем сдавать – немые актеры боли.
Крепко привязаны камни к душе – награда
за жизнь на сцене; он ходит, гремит ключами,
дергает ниточки, каждому подключает
маленький эмулятор личного, Боря, ада.
Плачет Пьеро, Боря, волосы у Мальвины
прежде чем выпасть резко позеленели,
и жалюзи иллюзий, души ламели –
истины улетели, прокисли вина.
Бо рис, пшеница, злаки, крупа, каменья:
время приходит ноты собрать в аккорды.
Рядом, Борь, рядом боль и любовь и гордо –
дорого, и над городом тянет тенью
волглых от слез тенет и от крови красных;
разно не значит – розно, не значит – поздно.
Падают люди – падают в небо звезды.
Падают в небо, значит все не напрасно…
Жизнь прошла, понимаешь, Марина.
Мне не стыдно такое сказать.
Ну не вся, ну почти половина.
Чем докажешь? А чем доказать,
что ли возле молельного дома
поцелуем, проблемой рубля,
незавидною должностью «пома»
режиссёра, снимавшего для
пионерского возраста; что ли
башней Шуховской — эрой ТВ,
специальною школой, о школе
по-французски, да память mauvai,
да подумаешь: «лучше и чище» —
и впервые окажешься прав.
Закатает обратно губищи
драгоценного времени сплав.
Увлажнённые выкатил зенки
проницающий рыбу на дне,
было дело — под юбкой коленки,
постороннего наедине, —
непроглядно. Скорее из кожи
истончившейся вылезешь вон.
Жизнь прошла без обмана, чего же
поднимать мелодический звон —
лбом о сторону прочного сплава,
доказательства скрыты внутри...
Говоришь, половина? — И слава
Богу. Вся, говоришь? Говори.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
