Мне без родины жить, окаянная жизнь
Я стреножен душой, я как конь на аркане
Оседлать бы мне облако и ринуться ввысь,
Но печальные мысли как бури в стакане...
Мне реку бы найти и там брод отыскать
И пешком добежать до Лочь-сая, до Края
Только время-река у меня на пути
И у этой реки я и брода не знаю
Я слезой умываю Сибири ковыль
Отторгаю богатства, суетного рая
И к Христу обретясь, чтоб меня не забыл
И на волю его и на чудо его уповаю:
«Журавлиною почтой запиской изволь
Под весёлую песнь бесшабашной капели
Отнеси и раскинь, из души мою боль
В этот чувственный рай, где вскипают апрели.
Уложи мою боль в жеребёночный май,
На поля, что святыми их кажутся лики
Или в небо, где синька, где облачный рай,
Полный музыки чувств, в Край вернувшихся, крики»
Нелегкое дело писательский труд –
Живешь, уподобленный волку.
С начала сезона, как Кассий и Брут,
На Цезаря дрочишь двустволку.
Полжизни копить оглушительный газ,
Кишку надрывая полетом,
Чтоб Цезарю метче впаять промеж глаз,
Когда он парит над болотом.
А что тебе Цезарь – великое ль зло,
Что в плане латыни ему повезло?
Таланту вредит многодневный простой,
Ржавеет умолкшая лира.
Любимец манежа писатель Толстой
Булыжники мечет в Шекспира.
Зато и затмился, и пить перестал –
Спокойнее было Толстому
В немеркнущей славе делить пьедестал
С мадам Харриет Бичер-Стоу.
А много ли было в Шекспире вреда?
Занятные ж пьесы писал иногда.
Пускай в хрестоматиях Цезарь давно,
Читал его каждый заочник.
Но Брут утверждает, что Цезарь – говно,
А Брут – компетентный источник.
В карельском скиту на казенных дровах
Ночует Шекспир с пораженьем в правах.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.