Пела сирена о пенном море,
Брызги хвостом взметая.
Пела протяжно о страшном море
В трюме, где билась стая
Жаждой-колючкой истыканных в кровь,
Тёмных, иссохших, со смертию вровь
Вставших бесстрашно людей.
Выли аккорды скальных органов
Палубе опустелой.
Шлюпка команды и капитана
Мчалась в фарватер белый...
А кандалы разбивались о звук
Пенья сирены, и чудился стук
Крыльев больших лебедей.
Чёрная лента птиц непокорных
Прямо из трюма - в небо.
Струпья и язвы сбросила кормом
В шлюпку. И смерть за хлебом
Жадно скользнула в неё, а затем
Жаждой-колючкой истыкала тех -
Жизнь продавших свою темноте,
Кто был не похож на людей.
До восхода успели одеться,
За едой второпях рассвело.
На крыльцо выносили Младенца,
Подавали Марии в седло.
И шагнул за ворота Иосиф,
Мимолетного взгляда не бросив
На глухое спросонок село.
Петухи отгорланили зорю,
Гарнизону вручили приказ.
И вошли в обреченную зону,
Облеченные сталью кирас.
Вифлеем пробуждался дворами,
И привычно младенцы орали,
Как и в прежние годы не раз.
Поначалу входили, робея,
Ковыряли копьем как-нибудь.
И бросалась, рыча, Ниобея,
Словно рысь, на железную грудь.
И, обрызганы соком соленым,
По ребячьим мозгам несмышленым
Пролагали отчетливый путь
Виноградари царского сада,
Трудолюбием поражены.
А Иосиф семейное стадо
Уводил по тропе тишины,
По дороге, петляющей круто,
Предъявляя агентам "Сохнута"
Долгожданную визу Жены.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
