Наверное, у каждого в жизни есть такой трамвай (автобус, троллейбус, маршрутка). В памяти. И это единственная, увы, возможность в них запрыгнуть...
Наверное, Володь. Но вопрос, стоит ли запрыгивать, остаётся открытым.
Простите, Дим, 10-ка только осталась.) Хорошее, хорошее.)
Пасяп!
з.ы. Цифры - это зло. От них все гадости в мире )
Хорошее какое стихотворение! В такие игры играет с нами наша память.
Это поначалу в такие, а ближе к старости в прятки ))
Мудро и очень понятно! Живи, Димка!!!..))
Ну, дык, живу! Спасибо!
А я из Киева приехала, говорю мужу - знаешь там какие трамваи ходят? Как у нас в детстве, помнишь, по 11-12 маршруту - Круглые, что ли? ))) Трамваи приятно вспоминать, почему-то. Мне нравился большой компостер с тремя страшными клыками, который не прокалывал дырки, а грубо сжёвывал маленький билетик, оставляя в нём неровные рваные отверстия. )
А у нас в Мещере, откуда я родом, была узкоколейка и по ней иногда (оч. редко) ходила кукушка, тепловоз такой небольшой. Мы специально клали на рельсы гвозди, их расплющивало и мы, обтачивая напильником, делали из них мечи. Помню, на рельсах стояла дата производства - 1905 год. А в 2005 году пути разобрали за ненадобностью. Символично.
С теплом, ;)
У нас город со старейшей трамвайной сетью, помимо городского до революции были и пригородные маршруты. Так, например, ходил двухмоторный трамвайчик в гору на смотровую площадку Кумысной поляны. Но позже, где-то в 30-е) это праздное безобразие сократили и рельсы в лесу разобрали. Но даже сейчас остались от них насыпи и разрушенные мостки. Я всегда, когда мимо проезжаю, представляю, как благородные дамы и простой люд, наверное, ехали сто лет назад на этом трамвайчике, чтобы посмотреть с горы на тот, старый Саратов. Или просто на небо, птиц и далёкую Волгу.
))))
агага, а за Волгой - товарищ Энгельс
У нас ещё и Маркс есть. Но в ту пору марксизм только пускал свои исторические корни на переселенческую землю)))
Много чудес в земле русской случалось и случается до сих пор. Например, первоначально ядро будущей немецкой католической колонии на Волге составляли чехи-протестанты)
Лепота! )
В городе Орске тоже был такой паровозик, ходил одно время от станции Никель до Соцгорода( в первые годы после войны), потом пустили трамвай.
В Гусе-Хрустальном до сих пор такая кукушка ходит, ибо Гусь-Хрустальный это вам не Гусь-Железный. Приезжай, Дима в Гусь, а там и до Коврова рукой подать.
Как раз по нашей узкоколейке можно было до Гуся-Хрустального добраться. А сейчас только от Тумы можно. Вроде бы даже ходят поезда-то там )
Ходят от Тумы, да - но давно уже не по узкоколейке, а по вполне себе нормальной железке, правда в одну нитку. Электричка Владимир - Тума, примерно полтора раза в сутки. А узкоколеек в тех местах (Клепиковский и Шатурский районы), по-моему, и не осталось уже.
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Я не запомнил — на каком ночлеге
Пробрал меня грядущей жизни зуд.
Качнулся мир.
Звезда споткнулась в беге
И заплескалась в голубом тазу.
Я к ней тянулся... Но, сквозь пальцы рея,
Она рванулась — краснобокий язь.
Над колыбелью ржавые евреи
Косых бород скрестили лезвия.
И все навыворот.
Все как не надо.
Стучал сазан в оконное стекло;
Конь щебетал; в ладони ястреб падал;
Плясало дерево.
И детство шло.
Его опресноками иссушали.
Его свечой пытались обмануть.
К нему в упор придвинули скрижали —
Врата, которые не распахнуть.
Еврейские павлины на обивке,
Еврейские скисающие сливки,
Костыль отца и матери чепец —
Все бормотало мне:
— Подлец! Подлец!—
И только ночью, только на подушке
Мой мир не рассекала борода;
И медленно, как медные полушки,
Из крана в кухне падала вода.
Сворачивалась. Набегала тучей.
Струистое точила лезвие...
— Ну как, скажи, поверит в мир текучий
Еврейское неверие мое?
Меня учили: крыша — это крыша.
Груб табурет. Убит подошвой пол,
Ты должен видеть, понимать и слышать,
На мир облокотиться, как на стол.
А древоточца часовая точность
Уже долбит подпорок бытие.
...Ну как, скажи, поверит в эту прочность
Еврейское неверие мое?
Любовь?
Но съеденные вшами косы;
Ключица, выпирающая косо;
Прыщи; обмазанный селедкой рот
Да шеи лошадиный поворот.
Родители?
Но, в сумраке старея,
Горбаты, узловаты и дики,
В меня кидают ржавые евреи
Обросшие щетиной кулаки.
Дверь! Настежь дверь!
Качается снаружи
Обглоданная звездами листва,
Дымится месяц посредине лужи,
Грач вопиет, не помнящий родства.
И вся любовь,
Бегущая навстречу,
И все кликушество
Моих отцов,
И все светила,
Строящие вечер,
И все деревья,
Рвущие лицо,—
Все это встало поперек дороги,
Больными бронхами свистя в груди:
— Отверженный!
Возьми свой скарб убогий,
Проклятье и презренье!
Уходи!—
Я покидаю старую кровать:
— Уйти?
Уйду!
Тем лучше!
Наплевать!
1930
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.