стадо вязов, треща корой,
к ночи - стаю вдыхает птичью
с облаками и мошкарой.
стихнет ветер, уймутся толки.
лес уснёт на груди холма...
--
с первым выстрелом из двустволки
начинается кутерьма.
речка илиста, долговяза,
плещет в зарослях череды.
в голове дуралея-вяза -
пересвисты на все лады
смолкнут...
пусто вокруг. и скучно
жить, латая корнями гать.
отпускать облака поштучно.
птиц по пёрышку выдыхать.
Спасибо :)
Хотя, у меня была стопроцентная уверенность, что мои стишки вам не нравятся самим фактом их существования :)
)) Да нет же. Это недоразумение, конечно.)) В том –то и дело, что вы замечательный поэт, но есть у вас индивидуальная черта, которая мне не близка, конструировать стих, подгоняя его под некую рациональную идею (художественную или иную) , иногда, причем, банальную (на мой взгляд, конечно). Я не считаю совсем это вашим абсолютным недостатком, напротив, я знаю и вы тоже, наверняка, знаете, что, порой, к прекрасным стихам, но с сильной индивидуальностью автора, нужно просто привыкнуть, а точнее, захотеть сделать над собой усилие и сделать его, для того чтобы принять стихи в себя и тогда уже насладиться сполна. Короче, я просто привыкла к вашим стихам, прониклась, так сказать. Что же касается этого стиха, тут особый случай. Я люблю природу, а в ней, особенно, деревья. Вязы эти удались вам удивительно. Я коротенько, кстати, сказала кое-что о них в шорте, повторюсь, на всякий случай:
«Образы замечательные.
"Стадо вязов" вдыхает, выдыхает птиц, мошкару, облака и ... "корнями латает гать", и течет "долговязая" речка...
"За это можно всё отдать" ))) и простить "волки-двустволки" и немного невнятную графику записи и то, что именно вяз с гатью (у меня) как-то не очень вяжутся.)
Всё равно очень хорошее стихотворение, по-моему.»
номинировано
Даже не знаю, что сказать... Приятно, конечно :) Но вы точно строчкой не промахнулись? Обычно вам другая поэзия больше нравилась
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Здесь жил Швейгольц, зарезавший свою
любовницу – из чистой показухи.
Он произнес: «Теперь она в Раю».
Тогда о нем курсировали слухи,
что сам он находился на краю
безумия. Вранье! Я восстаю.
Он был позер и даже для старухи -
мамаши – я был вхож в его семью -
не делал исключения.
Она
скитается теперь по адвокатам,
в худом пальто, в платке из полотна.
А те за дверью проклинают матом
ее акцент и что она бедна.
Несчастная, она его одна
на свете не считает виноватым.
Она бредет к троллейбусу. Со дна
сознания всплывает мальчик, ласки
стыдившийся, любивший молоко,
болевший, перечитывавший сказки...
И все, помимо этого, мелко!
Сойти б сейчас... Но ехать далеко.
Троллейбус полн. Смеющиеся маски.
Грузин кричит над ухом «Сулико».
И только смерть одна ее спасет
от горя, нищеты и остального.
Настанет май, май тыща девятьсот
сего от Р. Х., шестьдесят седьмого.
Фигура в белом «рак» произнесет.
Она ее за ангела, с высот
сошедшего, сочтет или земного.
И отлетит от пересохших сот
пчела, ее столь жалившая.
Дни
пойдут, как бы не ведая о раке.
Взирая на больничные огни,
мы как-то и не думаем о мраке.
Естественная смерть ее сродни
окажется насильственной: они -
дни – движутся. И сын ее в бараке
считает их, Господь его храни.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.