Я напишу тебе весенней тихой ночью,
Когда железо вплавится в гортань,
Когда из памяти сотрутся эти строчки,
Сотрется город, парк, моя герань,
Кафе на Марфинской и роза на асфальте
И крик, переходящий в тишину…
Я непременно напишу о старом альте,
Звучащем, чтоб согреть меня одну.
Я напишу тебе, когда совсем не будет
Тех чувств, что не_сумел и не_сберёг,
Когда мечта рассеется о чуде
И кто-то важный ступит на порог.
Я сообщу, что мы теперь – на равных,
Что я устала помнить и не ждать,
Что мне безумно жаль и дико странно,
Что на тебя мне, в сущности, плевать.
Ну а пока, - молчаньем заклеймена,
Пригвождена, слабейшая, к кресту,
Я опускаю вниз свои знамёна
И тщетно дань на паперти несу.
Я буду долго жить во имя слова,
Я не скажу тебе и пары фраз.
И вот, однажды, может быть, нескоро,
Я напишу тебе опять о нас.
Серый коршун планировал к лесу.
Моросило, хлебам не во зло.
Не везло в этот раз Ахиллесу,
Совершенно ему не везло,
И копье, как свихнувшийся дятел,
Избегало искомых пустот.
То ли силу былую утратил,
То ли Гектор попался не тот.
Не везло Ахиллесу – и точка.
Черной радуги мокли столпы.
И Терсит, эта винная бочка,
Ухмылялся ему из толпы.
Тишина над судами летела,
Размывала печаль берега.
Все вернее усталого тела
Достигали удары врага.
Как по липкому прелому тесту
Расползались удары меча.
Эта битва текла не по тексту,
Вдохновенный гекзаметр топча.
И печаль переполнила меру,
И по грудь клокотала тоска.
Агамемнон молился Гомеру,
Илиаде молились войска.
Я растягивать притчу не стану,
Исходя вдохновенной слюной.
В это утро к ахейскому стану
Вдохновенье стояло стеной.
Все едино – ни Спарты, ни Трои,
Раскололи кифару и плуг.
Мы одни среди пролитой крови,
Мы одни – посмотрите вокруг.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
