В его дом не заходит никто – даже чтоб своровать. Дверь не заперта – дань первородной свободе. Да и красть дома нечего – стол да за печкой кровать. Ну хотя бы узнать – есть ли что воровать? –
нет, не ходят
Слились с воздухом плоть его, кровь, его хлеб и вино. Разговоры не с ним, что ни взгляд – сквозь него или мимо. К ипостаси невидимых волн он привык так давно, что плывёт меж людей светлой струйкою лёгкого дыма
Кто-то вспомнит, что есть у него и жена, и семья. Но его самого у жены да семьи как бы нету. Встанут утром – он слушать ушёл соловья. Ближе к ночи, глядишь, улетел на другую планету
Он присутствует –
здесь и сейчас –
только если поёт
эти странные песни,
один, как всегда,
без ансамбля.
Но от них плачет каплями солнца
арктический лёд
и рождает вдали свою радугу
каждая капля
я часто хожу, но больше молча, я ж молчаливое привидение))
.
я хочу от тебя дочку?
))
спасибо, Роза
я тоже скажу невменяемо: да ваще
тоже неплохо)
благодарю, Оле
блеск
вот, что значит, меня не было.... это была бы наша номинация.
Встанут утром – он слушать ушёл соловья.
Ближе к ночи, глядишь, улетел на другую планету.
Ну а ночью... А ночью он просто заснул на Луне.
В Море Холода утром умывшись и съев винегрету,
он забудет, что есть на Земле слово "Я".
И великое знание вдруг изнутри, не извне,
снизойдет озарением близким лунному свету.
даг нечего там бродить где попало в самые ацвецтвенные моменты)
пишы вот теперь объяснительную)
ладно, твой экспромдт защитаем за отмазку - отмечу что ты там на луне винегрет ел
спасибо, Коль;)
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Бумага терпела, велела и нам
от собственных наших словес.
С годами притёрлись к своим именам,
и страх узнаванья исчез.
Исчез узнавания первый азарт,
взошло понемногу быльё.
Катай сколько хочешь вперёд и назад
нередкое имя моё.
По белому чёрным сто раз напиши,
на улице проголоси,
чтоб я обернулся — а нет ни души
вкруг недоуменной оси.
Но слышно: мы стали вась-вась и петь-петь,
на равных и накоротке,
поскольку так легче до смерти терпеть
с приманкою на локотке.
Вот-вот мы наделаем в небе прорех,
взмывая из всех потрохов.
И нечего будет поставить поверх
застрявших в машинке стихов.
1988
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.