.
Я наверно умру, на мягкой подушке,
И никто не заметит, мой тихий уход,
Может где-то в Москве, вдруг проснётся подружка,
И в тревоге уставится в злой потолок.
В ад меня не направят, не та мол фигура,
Но на рай очень мало надежд,
Там у входа блатная комендатура,
Очень много берут " за торжественный въезд".
Так что я не умру, этой ночью бесславно,
На пуховой подушке, под стоны дождя,
Подожду перемен, когда в рай всех на равных,
Святой Пётр по записке пропустит меня.
Нра
На перевернутый ящик
Села худая, как спица,
Дылда-девица,
Рядом - плечистый приказчик.
Говорят, говорят...
В глазах - пламень и яд,-
Вот-вот
Она в него зонтик воткнет,
А он ее схватит за тощую ногу
И, придя окончательно в раж,
Забросит ее на гараж -
Через дорогу...
Слава богу!
Все злые слова откипели,-
Заструились тихие трели...
Он ее взял,
Как хрупкий бокал,
Деловито за шею,
Она повернула к злодею
Свой щучий овал:
Три минуты ее он лобзал
Так, что камни под ящиком томно хрустели.
Потом они яблоко ели:
Он куснет, а после она,-
Потому что весна.
<1932>
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
