Не сложилось,
не срослось,
разорвАлось.
- Ты на жалость мне
не жми.
А я - жала.
Потому-что
всё прошло,
растерялось,
только жалость
меж людьми
и осталась.
Разрядилась,
кончен газ,
зажигалка.
Как же больно
мне за нас,
как мне жалко.
Если Наташа сказала хорошо,значит хорошим здесь не пахнет.Знаю Арину,она сама поймёт,где хорошо, где плохо.Голос последней инстанции,не есть голос Наташи(хотя она гениальна в своём амплуа)
Спасибо, Наташа.
А, по моему, так и хорошо, и глубоко - одновременно и вспышка памяти, и попытка (в прошлом) зажечь то, что уже погасло...
Ужасно, кстати, бесит, когда прикурить хочется, а огня - нифига нет! )
Спасибо, Спасибо. Про, когда "хочется" курить я всё очень понимаю))). В прошлом отчаянная курильщица. Снюсь себе до сих пор с сигареткой в зубах. И обожаю сидеть рядом с курящими. Такая я зараза))).
Арина, один в один все тоже самое ))) Прежде - курила, как паровоз ))) Сейчас - только редкие праздничные закуры случаются ))) И курительные сны )))
Ну, что - получается, что мы справились)), порок побеждён, но, как писал Окуджава - "на грош любви и простоты, а что-то главное пропало". Я так себе даже слово дала - буду помирать, если успею - обязательно выкурю сигаретку)).
Пиррова победа )))
Она самая)).
Спасибо, Спасибо. Про, когда "хочется" курить я всё очень понимаю))). В прошлом отчаянная курильщица. Снюсь себе до сих пор с сигареткой в зубах. И обожаю сидеть рядом с курящими. Такая я зараза))).
Мне такая ответка Окуджаве с его "Бумажным солдатом" представилась. Хорошее.
О-ой! Вот спасибо!
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Анциферова. Жанна. Сложена
была на диво. В рубенсовском вкусе.
В фамилии и имени всегда
скрывалась офицерская жена.
Курсант-подводник оказался в курсе
голландской школы живописи. Да
простит мне Бог, но все-таки как вещ
бывает голос пионерской речи!
А так мы выражали свой восторг:
«Берешь все это в руки, маешь вещь!»
и «Эти ноги на мои бы плечи!»
...Теперь вокруг нее – Владивосток,
сырые сопки, бухты, облака.
Медведица, глядящаяся в спальню,
и пихта, заменяющая ель.
Одна шестая вправду велика.
Ложась в постель, как циркуль в готовальню,
она глядит на флотскую шинель,
и пуговицы, блещущие в ряд,
напоминают фонари квартала
и детство и, мгновение спустя,
огромный, черный, мокрый Ленинград,
откуда прямо с выпускного бала
перешагнула на корабль шутя.
Счастливица? Да. Кройка и шитье.
Работа в клубе. Рейды по горящим
осенним сопкам. Стирка дотемна.
Да и воспоминанья у нее
сливаются все больше с настоящим:
из двадцати восьми своих она
двенадцать лет живет уже вдали
от всех объектов памяти, при муже.
Подлодка выплывает из пучин.
Поселок спит. И на краю земли
дверь хлопает. И делается уже
от следствий расстояние причин.
Бомбардировщик стонет в облаках.
Хорал лягушек рвется из канавы.
Позванивает горка хрусталя
во время каждой стойки на руках.
И музыка струится с Окинавы,
журнала мод страницы шевеля.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.