- А что ты делала,
когда его не стало?
- Плакала.
И сыновей поднимала.
Вылила слёзы все,
без остатка.
И работала на три ставки.
- И всё?
А зачем же так много?
- А чтоб прокормить сыновей
(ведь войны ледяной суховей
не учитывал роста детей).
- А потом? Когда все подросли?
- А потом уже внуки пошли.
И я кормила их
за всех недоевших,
всех вырасти не успевших.
Жила в тепле,
не в декабрьском поле*.
И всю жизнь проработала в школе.
Потом и пенсия подоспела,
но без дела я не сидела -
варила варенья,
вязала платки, да косынки,
и рассылала детям посылки.
……………………………………..
- А что ж ты так рано ушла?
Коротко так пожила?
- Да ведь война не дала.
Дотянулась она. Догнала.
* - на декабрьском поле в 1941 году, под Москвой
умер от переохлаждения мой раненый дед, бабушкин муж.
Так начинают. Года в два
От мамки рвутся в тьму мелодий,
Щебечут, свищут, — а слова
Являются о третьем годе.
Так начинают понимать.
И в шуме пущенной турбины
Мерещится, что мать — не мать
Что ты — не ты, что дом — чужбина.
Что делать страшной красоте
Присевшей на скамью сирени,
Когда и впрямь не красть детей?
Так возникают подозренья.
Так зреют страхи. Как он даст
Звезде превысить досяганье,
Когда он — Фауст, когда — фантаст?
Так начинаются цыгане.
Так открываются, паря
Поверх плетней, где быть домам бы,
Внезапные, как вздох, моря.
Так будут начинаться ямбы.
Так ночи летние, ничком
Упав в овсы с мольбой: исполнься,
Грозят заре твоим зрачком,
Так затевают ссоры с солнцем.
Так начинают жить стихом.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
