Отойдите уже,
Не гудите, как шмель!
У меня на душе -
лишь один Коктебель.
Не парадный,
в курорт,
а зимою сырой,
где ларёчек припёрт,
и на пляже покой.
Чтобы лучше понять,
ощутить и впитать -
надо частью его
на мгновение стать.
Разномастностью крыш
полежать на домах,
коктебельскою галькой
вложиться в замах.
И учуять дымок
развалившихся труб,
небогатый парок
разварившихся круп.
И позвать безнадёжно,
и с ноткой повинной,
Ту, что чайкой тревожной.
Ту, что звали - Мариной.
И увидеть
отчаянный чаячий круг,
взмахи крыльев,
как
в прощальном движении рук.
Нескушного сада
нестрашным покажется штамп,
на штампы досада
растает от вспыхнувших ламп.
Кондуктор, кондуктор,
ещё я платить маловат,
ты вроде не доктор,
на что тебе белый халат?
Ты вроде апостол,
уважь, на коленях молю,
целуя компостер,
последнюю волю мою:
сыщи адресата
стихов моих — там, в глубине
Нескушного сада,
найди её, беженцу, мне.
Я выучил русский
за то, что он самый простой,
как стан её — узкий,
как зуб золотой — золотой.
Дантиста ошибкой,
нестрашной ошибкой, поверь,
туземной улыбкой,
на экспорт ушедшей теперь
(коронка на царство,
в кругу белоснежных подруг
алхимика астра,
садовника сладкий испуг),
улыбкой последней
Нескушного сада зажги
эпитет столетний
и солнце во рту сбереги.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
