Перед прошлым не виноватая,
Память режет мои глаза,
Им сияет Ясиноватая
Сорок вёсен тому назад.
На железнодорожной станции,
Где стоянка из двух минут,
Ослепительные акации,
Одурманивая цветут!
Там теплынь звенит – невозможная!
И удушлив плацкартный мир,
Но торгует киоск мороженым,
А мороженое – пломбир!
И под речь проводницы бранную -
Мне ли удаль не по плечу! -
Десантированный из тамбура,
За мороженым я лечу...
______________________________
…Были дерзкими, были смелыми,
Юных вёсен глотали цвет -
Не под варварскими обстрелами,
Что влетят через сорок лет
В край, где быль моя бесноватая,
В явь, где белых акаций шёлк,
Где сияет Ясиноватая
Неразрушенная ещё…
Жизнь прошла, понимаешь, Марина.
Мне не стыдно такое сказать.
Ну не вся, ну почти половина.
Чем докажешь? А чем доказать,
что ли возле молельного дома
поцелуем, проблемой рубля,
незавидною должностью «пома»
режиссёра, снимавшего для
пионерского возраста; что ли
башней Шуховской — эрой ТВ,
специальною школой, о школе
по-французски, да память mauvai,
да подумаешь: «лучше и чище» —
и впервые окажешься прав.
Закатает обратно губищи
драгоценного времени сплав.
Увлажнённые выкатил зенки
проницающий рыбу на дне,
было дело — под юбкой коленки,
постороннего наедине, —
непроглядно. Скорее из кожи
истончившейся вылезешь вон.
Жизнь прошла без обмана, чего же
поднимать мелодический звон —
лбом о сторону прочного сплава,
доказательства скрыты внутри...
Говоришь, половина? — И слава
Богу. Вся, говоришь? Говори.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.