Когда от сладости Надкусанных Плодов
несвоевременно наступит несваренье,
и нагота твоя окажется мишенью
для наступивших ледниковых холодов –
недобрым словом Искусителя помянешь,
закроешь двери в приземлившийся Эдем,
стряхнёшь, как хлам, ошмётки Фиговых Эмблем,
и передашь их новой Высшей Обезьяне.
***
За неимением умений и монет
ты за прилавок встанешь – Яблочной торговкой,
наклейки яркие – "Раздор" – налепишь ловко,
не надкусив ни разу (есть иммунитет!).
И первый блин на удивление удачен!
Большая очередь из бывших злющих Ев,
в земных разборках за года поднаторев,
разобрала за полчаса весомый ящик.
Карман звенит – в нём Тридцать Порций Серебра
благодарят тебя за гаденькое дело,
и вновь на дерево с мешком ты лезешь смело,
чтоб килограммы мелодрам быстрей набрать.
Смешок нечаянный Судьба не удержала –
так звонко прыснула в капризный кулачок,
что ветка яблони не вынесла толчок –
Ньютону яблоко на голову упало...
***
...Перестаёт петлять истории тропа,
от сих до сих – лишь два коротеньких сюжета...
За карандаш схватился яблоком огретый,
и к тяготению всемирному припал.
Кряхтя под тяжестью антоновки осенней,
торговка медленно бредёт в глухой кишлак,
и думу думает: "Ну надо же! ... Простак!
Или какой-нибудь свихнувшийся священник?"
(И да простят меня церквей апологеты:
но Бог и Церковь – это разные планеты)
Сюжет второй, скажу я вам, был очень прост:
когда внимание к науке ослабело
под перекрёстным спело-яблочным обстрелом –
решил Ньютон сакраментальнейший вопрос,
и, взявшись за руки с Прекрасной Героиней,
так сладко пахнущей Плодами и Грехом,
на кучерявых облаках – вдвоём, верхом! –
покинул Землю. Так сложились половины,
но не сложился мировой, увы, закон
о тяготении сердец к родной планете.
Вы сами можете нечаянно заметить –
как над Землёй парит влюблённых легион.
***
И чтоб от сладости Надкусанных Плодов
не наступило, как расплата, несваренье –
не дожидайтесь перекрёстных холодов
под градом яблочно-отчаянных сражений.
То не Муза воды набирает в рот.
То, должно, крепкий сон молодца берет.
И махнувшая вслед голубым платком
наезжает на грудь паровым катком.
И не встать ни раком, ни так словам,
как назад в осиновый строй дровам.
И глазами по наволочке лицо
растекается, как по сковороде яйцо.
Горячей ли тебе под сукном шести
одеял в том садке, где - Господь прости -
точно рыба - воздух, сырой губой
я хватал то, что было тогда тобой?
Я бы заячьи уши пришил к лицу,
наглотался б в лесах за тебя свинцу,
но и в черном пруду из дурных коряг
я бы всплыл пред тобой, как не смог "Варяг".
Но, видать, не судьба, и года не те.
И уже седина стыдно молвить - где.
Больше длинных жил, чем для них кровей,
да и мысли мертвых кустов кривей.
Навсегда расстаемся с тобой, дружок.
Нарисуй на бумаге простой кружок.
Это буду я: ничего внутри.
Посмотри на него - и потом сотри.
1980
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
