-1-
мелок изюм твоих слов и косточки в нём
я же привыкла к другому стилю и чувствам
мрачно в ларцах ожиданий и в радостях пусто
дорого слово
но мы не узнаем почём
мелкие камешки ветер в саду ворошит
листья сдувает и ветки склоняются долу
не разделить ни судьбу ни счастливую долю
ранено сердце
не смог уберечь его щит
- 2-
Она была надменна. Откровенна. Хороша.
И перламутром отливали обнажённые колени.
Движенья грации полны и томной южной лени.
А раздеваться как она умела! Умело, не спеша.
Носила яркие шарфы и блузки цвета чайных роз.
Не признавала танец "твист" и туфли на шнуровке.
Любила сливу в шоколаде, в букетах- веточки берёз.
А кофе вечно покупала про запас, большую упаковку.
Она умела плакать тихо и не размазывая тушь,
Не оставлять помады след на тонком фильтре сигареты.
И прятать острый ум, его с улыбкой кутать в чушь.
И так любить тебя! Весной, зимой и летом
-3-
Запрети меня царским указом,даже имя сотри в порошок.
Отряхни его с пальцев. Как пыльцу неизвестных цветов.
От которых пары прямо в нос.И прекрасен их сок.
И которые в вазе сломались от тяжести слов.
Отними всё святое-место, радости, иммунитет.
Привяжи меня сказками к местности. Чтоб ходила щенком за тобой.
Спрячь в рукав алой туники царской итальянский стилет.
И поставь меня в круг на продажу. Белокожей рабой.
.
Для чего это всё?
Чтоб свалился упрямства венец.
Чтобы я поняла. Не до шуток.
Finita.
Конец.
Т. Зимина, прелестное дитя.
Мать – инженер, а батюшка – учетчик.
Я, впрочем, их не видел никогда.
Была невпечатлительна. Хотя
на ней женился пограничный летчик.
Но это было после. А беда
с ней раньше приключилась. У нее
был родственник. Какой-то из райкома.
С машиною. А предки жили врозь.
У них там было, видимо, свое.
Машина – это было незнакомо.
Ну, с этого там все и началось.
Она переживала. Но потом
дела пошли как будто на поправку.
Вдали маячил сумрачный грузин.
Но вдруг он угодил в казенный дом.
Она же – отдала себя прилавку
в большой галантерейный магазин.
Белье, одеколоны, полотно
– ей нравилась вся эта атмосфера,
секреты и поклонники подруг.
Прохожие таращатся в окно.
Вдали – Дом Офицеров. Офицеры,
как птицы, с массой пуговиц, вокруг.
Тот летчик, возвратившись из небес,
приветствовал ее за миловидность.
Он сделал из шампанского салют.
Замужество. Однако в ВВС
ужасно уважается невинность,
возводится в какой-то абсолют.
И этот род схоластики виной
тому, что она чуть не утопилась.
Нашла уж мост, но грянула зима.
Канал покрылся коркой ледяной.
И вновь она к прилавку торопилась.
Ресницы опушила бахрома.
На пепельные волосы струит
сияние неоновая люстра.
Весна – и у распахнутых дверей
поток из покупателей бурлит.
Она стоит и в сумрачное русло
глядит из-за белья, как Лорелей.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
