-1-
мелок изюм твоих слов и косточки в нём
я же привыкла к другому стилю и чувствам
мрачно в ларцах ожиданий и в радостях пусто
дорого слово
но мы не узнаем почём
мелкие камешки ветер в саду ворошит
листья сдувает и ветки склоняются долу
не разделить ни судьбу ни счастливую долю
ранено сердце
не смог уберечь его щит
- 2-
Она была надменна. Откровенна. Хороша.
И перламутром отливали обнажённые колени.
Движенья грации полны и томной южной лени.
А раздеваться как она умела! Умело, не спеша.
Носила яркие шарфы и блузки цвета чайных роз.
Не признавала танец "твист" и туфли на шнуровке.
Любила сливу в шоколаде, в букетах- веточки берёз.
А кофе вечно покупала про запас, большую упаковку.
Она умела плакать тихо и не размазывая тушь,
Не оставлять помады след на тонком фильтре сигареты.
И прятать острый ум, его с улыбкой кутать в чушь.
И так любить тебя! Весной, зимой и летом
-3-
Запрети меня царским указом,даже имя сотри в порошок.
Отряхни его с пальцев. Как пыльцу неизвестных цветов.
От которых пары прямо в нос.И прекрасен их сок.
И которые в вазе сломались от тяжести слов.
Отними всё святое-место, радости, иммунитет.
Привяжи меня сказками к местности. Чтоб ходила щенком за тобой.
Спрячь в рукав алой туники царской итальянский стилет.
И поставь меня в круг на продажу. Белокожей рабой.
.
Для чего это всё?
Чтоб свалился упрямства венец.
Чтобы я поняла. Не до шуток.
Finita.
Конец.
Шел я по улице незнакомой
И вдруг услышал вороний грай,
И звоны лютни, и дальние громы,
Передо мною летел трамвай.
Как я вскочил на его подножку,
Было загадкою для меня,
В воздухе огненную дорожку
Он оставлял и при свете дня.
Мчался он бурей темной, крылатой,
Он заблудился в бездне времен…
Остановите, вагоновожатый,
Остановите сейчас вагон.
Поздно. Уж мы обогнули стену,
Мы проскочили сквозь рощу пальм,
Через Неву, через Нил и Сену
Мы прогремели по трем мостам.
И, промелькнув у оконной рамы,
Бросил нам вслед пытливый взгляд
Нищий старик, — конечно тот самый,
Что умер в Бейруте год назад.
Где я? Так томно и так тревожно
Сердце мое стучит в ответ:
Видишь вокзал, на котором можно
В Индию Духа купить билет?
Вывеска… кровью налитые буквы
Гласят — зеленная, — знаю, тут
Вместо капусты и вместо брюквы
Мертвые головы продают.
В красной рубашке, с лицом, как вымя,
Голову срезал палач и мне,
Она лежала вместе с другими
Здесь, в ящике скользком, на самом дне.
А в переулке забор дощатый,
Дом в три окна и серый газон…
Остановите, вагоновожатый,
Остановите сейчас вагон!
Машенька, ты здесь жила и пела,
Мне, жениху, ковер ткала,
Где же теперь твой голос и тело,
Может ли быть, что ты умерла!
Как ты стонала в своей светлице,
Я же с напудренною косой
Шел представляться Императрице
И не увиделся вновь с тобой.
Понял теперь я: наша свобода
Только оттуда бьющий свет,
Люди и тени стоят у входа
В зоологический сад планет.
И сразу ветер знакомый и сладкий,
И за мостом летит на меня
Всадника длань в железной перчатке
И два копыта его коня.
Верной твердынею православья
Врезан Исакий в вышине,
Там отслужу молебен о здравьи
Машеньки и панихиду по мне.
И всё ж навеки сердце угрюмо,
И трудно дышать, и больно жить…
Машенька, я никогда не думал,
Что можно так любить и грустить.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
