я брала себя за нос, как будто за пламя – свечу,
я бродила сама за собой полоумной собакой,
я срывала когтями блестящую мраком парчу
с бардаков и борделей, затиснутых между бараков
я держалась за горло – ах, лола, какие мину-
ни минуты на съёмку на съёмном хайвее до кладби…
хохотал на небесном скребке чёрно-серый манул
и щебёнка смеялась шершавыми глазками гадов
я хваталась за воздух, а он не выдерживал – он,
испугавшись, вжимался, берёг воспалённую кожу,
и бананово пах под ногами бесцветный рулон
не глядящих под ноги бессмысленно смелых прохожих
я бежала – с плиты молоком, заржавевшей водой
в темпе вальса скользила по мойки больной горловине,
тараканом скрывалась за адовой серой плитой,
где меня поджидало яйцо на осколке кувшина
я вела себя за нос…
ты шлёпал меня по руке,
ты вложил меня в руку, где было надёжно и липко
а вокруг бесновались стожары в последнем пике
и протяжно бежали на месте седые улитки
Я, я, я. Что за дикое слово!
Неужели вон тот - это я?
Разве мама любила такого,
Желто-серого, полуседого
И всезнающего, как змея?
Разве мальчик, в Останкине летом
Танцевавший на дачных балах,
Это я, тот, кто каждым ответом
Желторотым внушает поэтам
Отвращение, злобу и страх?
Разве тот, кто в полночные споры
Всю мальчишечью вкладывал прыть,
Это я, тот же самый, который
На трагические разговоры
Научился молчать и шутить?
Впрочем - так и всегда на средине
Рокового земного пути:
От ничтожной причины - к причине,
А глядишь - заплутался в пустыне,
И своих же следов не найти.
Да, меня не пантера прыжками
На парижский чердак загнала.
И Виргилия нет за плечами
Только есть одиночество - в раме
Говорящего правду стекла.
1924
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
