Эта болезнь забирает последние ватные силы.
Их и так нет, но она всё равно берёт в долг.
И хочется взять верёвку и кусок мыла –
Связать его старые вещи и умыть лицо.
Мёд. Апельсины, лимоны, таблетки – россыпью…
Врёшь, что помогает горячий сладкий чай,
Но ты идёшь на кухню тихой кошачьей поступью,
А кашель душит и переходит в пёсий лай.
И ты бы сдалась, но видишь, что поздно и не кому,
Зачем ты врагам, если не можешь взять меч?
Ты могла когда-то убить их, лишь хлопнув веками.
Они обнаглели – их ноги свисают с плеч.
Но крепись, сама понимаешь, не конец – промежуток,
До небыли страшной, неведанной, стразовой…
Ты верь – душа слишком сложная штука,
Чтоб, как ширпотреб, детка, быть одноразовой.
Я к розам хочу, в тот единственный сад,
Где лучшая в мире стоит из оград,
Где статуи помнят меня молодой,
А я их под невскою помню водой.
В душистой тиши между царственных лип
Мне мачт корабельных мерещится скрип.
И лебедь, как прежде, плывет сквозь века,
Любуясь красой своего двойника.
И замертво спят сотни тысяч шагов
Врагов и друзей, друзей и врагов.
А шествию теней не видно конца
От вазы гранитной до двери дворца.
Там шепчутся белые ночи мои
О чьей-то высокой и тайной любви.
И все перламутром и яшмой горит,
Но света источник таинственно скрыт.
1959, Ленинград
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
