Такие смешные слёзы – пахнут йодом и чайками.
Приходят внезапно (ничто не предвещало),
уходят, не застёгивая платков – чванятся.
В юном возрасте
опасно играть с взрывчаткой
непредсказуемой дамы –
эксцентричной старости:
синие чулки,
лиловые губы,
отпечатки классной доски в причёске.
Ученики отказываются брать в руки мел –
им противен
её запах,
голос,
пластик жёлтых подсолнухов,
выглядывающих щенком из клетчатой авоськи.
Её раздражает ливень.
Вечером
гладила ручку дивана, как пуделя.
Пила ромашку.
Пропалывала сорняки бровей.
Рассматривала картофель синяков,
говорила:
«такие большие –
наверное, радиация».
Слушала железную дорогу в чашке.
Хрустела печеньем – почти как пальцами.
Считала пальцы:
пятый,
десятый…
порядок.
Чего же
всё такое глупое –
уровень носовского незнайки,
крузовские пятницы,
совсем кризисные воскресения?
На подоконнике
ухмылялось горе проросшее,
такое луковое-луковое…
Слёзы собирались в цепочку из разных звеньев.
Думала – одинаковые.
Считала минуты, года, кольца,
кольца на пальцах,
переходила на сосны,
делилась зарубками слов на губах,
вкладывала их в свои морщины несуществующие,
как тампоны…
А всего-то и нужно было,
что молчать
в компании Сартра
или хотя бы Джойса.
И ощущать себя лампочкой,
освещающей чужие страницы,
прижимая к лицу сухие водоросли
своих ладоней.
Косых Семен. В запое с Первомая.
Сегодня вторник. Он глядит в окно,
Дрожит и щурится, не понимая
Еще темно или уже темно.
Я знаю умонастроенье это
И сам, кружа по комнате тоски,
Цитирую кого-то: "Больше света",
Со злостью наступая на шнурки.
Когда я первые стихотворенья,
Волнуясь, сочинял свои
И от волнения и неуменья
Все строчки начинал с союза "и",
Мне не хватило кликов лебединых,
Ребячливости, пороха, огня,
И тетя Муза в крашеных сединах
Сверкнула фиксой, глядя на меня.
И ахнул я: бывают же ошибки!
Влюблен бездельник, но в кого влюблен!
Концерт для струнных, чембало и скрипки,
Увы, не воспоследует, Семен.
И встречный ангел, шедший пустырями,
Отверз мне, варвару, уста,
И - высказался я. Но тем упрямей
Склоняют своенравные лета
К поруганной игре воображенья,
К завещанной насмешке над толпой,
К поэзии, прости за выраженье,
Прочь от суровой прозы.
Но, тупой,
От опыта паду до анекдота.
Ну, скажем так: окончена работа.
Супруг супруге накупил обнов,
Врывается в квартиру, смотрит в оба,
Распахивает дверцы гардероба,
А там - Никулин, Вицин, Моргунов.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
